Главная » Книги

Горький Максим - Фома Гордеев, Страница 14

Горький Максим - Фома Гордеев


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

пропал - от слепоты... Я увидал много и ослеп... Как сова... Мальчишкой, помню... гонял я сову в овраге... она полетит и треснется обо что-нибудь... Солнце ослепило ее... Избилась вся и - пропала... А отец тогда сказал мне: "Вот так и человек: иной мечется, мечется, изобьется, измучается и бросится куда попало... лишь бы отдохнуть!.." Эй! развяжите мне руки...
  Лицо его побледнело, глаза закрылись, плечи задрожали. Оборванный и измятый, он закачался на стуле, ударяясь грудью о край стола, и стал что-то шептать.
  Купечество многозначительно переглядывалось. Иные, толкая друг друга под бока, молча кивали головами на Фому. Лицо Якова Маякина было неподвижно и темно, точно высеченное из камня.
  - Может, развязать? - шептал Бобров.
  - Нет, не надо... - вполголоса сказал Маякин. - Оставим его здесь... а кто-нибудь пусть пошлет за каретой... Прямо в больницу...
  Он пошел к рубке, тихо сказав:
  - Постерегите... как бы, чего доброго, в воду не прыгнул...
  - А - жалко парня!.. - сказал Бобров, посмотрев вслед ему.
  - Никто в дурости его не повинен!.. - хмуро ответил Резников.
  - Яков-то... - кивнув головой вслед Маякину, шепотом сказал Зубов.
  - Что Яков? Он тут не проиграл...
  - Н-да-а... он теперь... опечет!..
  Их тихий смех и топот сливались со вздохами машины и, должно быть, не достигали до слуха Фомы. Он неподвижно смотрел пред собой тусклым взглядом, и только губы у него чуть вздрагивали...
  - Сын к нему явился... - шептал Бобров.
  - Я его знаю, сына-то, - сказал Ящуров. - Встречал в Перми...
  - Что за человек?
  - Деловой... Большим орудует делом в Усолье...
  - Стало быть - этот Якову не нужен... Н-да... вон оно что!
  - Глядите - плачет!
  - О?
  Фома сидел, откинувшись на спинку стула и склонив голову на плечо. Глаза его были закрыты, и из-под ресниц одна за другой выкатывались слезы. Они текли по щекам на усы... Губы Фомы судорожно вздрагивали, слезы падали с усов на грудь. Он молчал и не двигался, - только грудь его вздымалась тяжело и неровно. Купцы смотрели на бледное, страдальчески осунувшееся, мокрое от слез лицо его с опущенными книзу углами губ и тихо, молча стали отходить прочь от него...
  И вот Фома остался один со связанными за спиной руками пред столом, покрытым грязной посудой и разными остатками пира. Порой он медленно открывал тяжелые опухшие ресницы, и глаза его сквозь слезы тускло и уныло смотрели на стол, где все было опрокинуто, разрушено...
  Прошло года три.
  С год тому назад Яков Тарасович Маякин умер. Умирая в полном сознании, он остался верен себе и за несколько часов до смерти говорил сыну, дочери и зятю:
  - Ну, ребята, - живите богато! Поел Яков всяких злаков, значит, Якову пора долой со двора... Видите - умираю, а не унываю... И это мне господь зачтет... Я его, всеблагого, только шутками беспокоил, а стоном и жалобами - никогда! Господи! Рад я, что умеючи пожил - по милости твоей! Прощайте, детушки... Живите дружно... не мудрствуйте очень-то. Знайте - не тот свят, кто от греха прячется да спокойненько лежит... Трусостью от греха не оборонишься - про это и говорит притча о талантах... А кто хочет от жизни толку добиться - тот греха не боится... Ошибку господь ему простит... Господь назначил человека на устроение жизни... а ума ему не так уж много дал - значит, строго искать недоимок не станет!.. Ибо свят он и многомилостив...
  Умер он после краткой, но очень мучительной агонии...
  Ежова за что-то выслали из города вскоре после происшествия на пароходе.
  В городе возник новый крупный торговый дом под фирмой "Тарас Маякин и Африкан Смолин"...
  За все три года о Фоме не слышно было ничего. Говорили, что после выхода из больницы Маякин отправил его куда-то на Урал к родственникам матери.
  Недавно Фома явился на улицах города. Он какой-то истертый, измятый и полоумный. Почти всегда выпивши, он появляется - то мрачный, с нахмуренными бровями и с опущенной на грудь головой, то улыбающийся жалкой и грустной улыбкой блаженненького. Иногда он буянит, но это редко случается. Живет он у сестры на дворе, во флигельке...
  Знающие его купцы и горожане часто смеются над ним. Идет Фома по улице, и вдруг кто-нибудь кричит ему:
  - Эй ты, пророк! Подь сюда!
  Фома очень редко подходит к зовущему его, - он избегает людей и не любит говорить с ними. Но если он подойдет, - ему говорят:
  - Ну-ка, насчет светопреставления скажи слово, а? Хе-хе-хе! Про-орок!
  ................................................................

    ПРИМЕЧАНИЕ

  Впервые напечатано в журнале "Жизнь", 1899, томы: II, III, IV, VI, VII, VIII, IX, февраль-апрель, июнь - сентябрь, с подзаголовком "Повесть". Отдельным изданием повесть вышла в 1900 г. с посвящением А.П.Чехову в издании "Библиотека "Жизни", номер 3.
  К первым книгам журнала "Жизнь" за 1899 год, в которых печаталась повесть М.Горького, относится следующий отзыв В.И.Ленина в письме к А.Н.Потресову от 27 апреля 1899 года: "Беллетристика прямо хороша и даже лучше всех!" (В.И.Ленин. Сочинения, изд.3-е, т.XXVIII, стр.31-32).
  Начало работы над повестью относится к 1898 г. Творческий замысел А.М.Горький раскрыл в письме к С.Дороватовскому в феврале 1899 г. "Эта повесть, - писал он, - доставляет мне немало хороших минут и очень много страха и сомнений, - она должна быть широкой, содержательной картиной современности, и в то же время на фоне ее должен бешено биться энергичный здоровый человек, ищущий дела по силам, ищущий простора своей энергии. Ему тесно. Жизнь давит его, он видит, что героям в ней нет места, их сваливают с ног мелочи, как Геркулеса, побеждавшего гидр, свалила бы с ног туча комаров". В этом же письме далее А.М.Горький пишет: "...параллельно с работой над Фомой составляю план другой повести "Карьера Мишки Вягина". Это тоже история о купце, но о купце уже типическом, о мелком, умном, энергичном жулике, который из посудников на пароходе достигает до поста городского головы. Фома - не типичен как купец, как представитель класса, он только здоровый человек, который хочет свободной жизни, которому тесно в рамках современности. Необходимо рядом с ним поставить другую фигуру, чтобы не нарушать правды жизни" (Архив А.М.Горького).
  В своей переписке периода печатания повести М.Горький неоднократно жаловался на обилие искажений и изъятий, которые делались царской цензурой.
  А.М.Горький уже в июне 1899 г. намеревался переработать "Фому Гордеева", о чем и писал С.Дороватовскому: "Я его буду зимой переписывать с начала до конца и, думаю, - исправлю, поскольку это возможно" (Архив А.М.Горького).
  Большие исправления М.Горький внес в текст повести для отдельного издания в серии "Библиотека "Жизни", 1900 г., а также для издания т-ва "Знание", 1903 г., и для собрания сочинений в издании "Книга". В результате этой работы из повести исключены целые главы, отдельные сцены, изменено деление повести на главы.
  Повесть включалась во все собрания сочинений.
  Печатается по тексту, подготовленному М.Горьким для собрания сочинений в издании "Книга".

Другие авторы
  • Фурман Петр Романович
  • Буринский Захар Александрович
  • Кусков Платон Александрович
  • Киреев Николай Петрович
  • Дорошевич Влас Михайлович
  • Сухово-Кобылин Александр Васильевич
  • Карпини, Джованни Плано
  • Роборовский Всеволод Иванович
  • Урусов Сергей Дмитриевич
  • Бутков Яков Петрович
  • Другие произведения
  • Гуро Елена - Из сборника "Трое"
  • Розанов Василий Васильевич - Еще о графе Л. Н. Толстом и его учении о несопротивлении злу
  • Лелевич Г. - Партийная политика в искусстве
  • Франковский Адриан Антонович - Франковский А. А.: биографическая справка
  • Муравьев Михаил Никитич - Два разговора в царстве мертвых
  • Страхов Николай Николаевич - Россия и Европа Н. Я. Данилевского
  • Есенин Сергей Александрович - Пришествие
  • Вязигин Андрей Сергеевич - Григорий Vii. Его жизнь и общественная деятельность
  • Мартынов Авксентий Матвеевич - Следствие модного воспитания
  • Купер Джеймс Фенимор - Блуждающая искра
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (27.11.2012)
    Просмотров: 133 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа