Главная » Книги

Диккенс Чарльз - Замогильные записки Пикквикского клуба, Страница 45

Диккенс Чарльз - Замогильные записки Пикквикского клуба



альчишки надѣлъ на себя дорожный сюртукъ и, подойдя къ окну кареты, захохоталъ во все горло.
   - Вѣдь это умора, да и только; не правда ли, дружище?- сказалъ Бобъ, вытирая слезы обшлагомъ своего рукава.
   - Однакожъ, я, право, не ожидалъ, любезнѣйш³й, что вамъ вздумается ѣхать съ нами,- сказалъ м-ръ Пикквикъ съ нѣкоторымъ замѣшательствомъ.
   - Вотъ въ томъ-то и штука, что вы этого не ожидали,- отвѣчалъ Бобъ, ухватившись за край сюртука м-ра Пикквика.- Это вѣдь шутка.
   - Право? Такъ вы только шутите, любезнѣйш³й?
   - Разумѣется. Нечего хлопотать тутъ о професс³и, если сама професс³я, чортъ бы ее побралъ, не хотѣла хлопотать обо мнѣ. Заперъ, да и баста!
   Представивъ это объяснен³е, м-ръ Бобъ Сойеръ, указалъ на закрытыя окна своего заведен³я и захохоталъ опять.
   - Ахъ, Боже мой, на кого вы оставляете своихъ больныхъ?- спросилъ м-ръ Пикквикъ съ безпокойствомъ.
   - На самихъ себя, то есть на произволъ натуры, почтеннѣйш³й,- отвѣчалъ Бобъ Сойеръ.- Никто изъ нихъ не платилъ ни шиллинга, надо вамъ замѣтить. Къ тому же, если сказать правду,- продолжалъ Бобъ, понизивъ голосъ и наклонившись къ уху м-ра Пикквика,- мое отсутств³е принесетъ имъ существенную пользу: за неимѣн³емъ другихъ лекарствъ въ аптекѣ, я бы принужденъ быль всѣмъ своимъ пац³ентамъ раздать по порц³и каломели, a это, знаете, было бы весьма непр³ятно. Такъ, стало быть, все къ лучшему.
   На этотъ неожиданный аргументъ м-ръ Пикквикъ не могъ пр³искать приличнаго отвѣта.
   - Но это, какъ видите, двумѣстная карета, мой другъ,- сказалъ онъ, наконецъ, послѣ кратковременной паузы, - мы можемъ помѣститься только вдвоемъ съ м-ромъ Алленомь.
   - О, на мой счетъ прошу не безпокоиться,- отвѣчалъ Бобь.- Самуэль и я помѣстимся въ сидѣйкѣ на запяткахъ, и авось намъ не будетъ тѣсно. A здѣсь y подъѣзда будетъ приклеенъ вотъ этотъ билетикъ: "Сойеръ, преемникъ Нокморфа. Освѣдомиться о немъ, насупротивъ этого дома, y м-съ Криппсъ".
   - Это что за особа?
   - М-съ Криппсъ мать моего мальчугана. "М-ръ Со³³еръ ускакалъ сегодни поутру миль за тридцать на консультац³ю первыхъ столичныхъ врачей", говоритъ м-съ Криппсъ. "Безъ него ничего не могли подѣлать. Какая-то страшная операц³я. Прислали за нимъ курьера. Бога ради, говорятъ, поѣзжайте, спасите". Дѣло въ томъ, почтеннѣйш³й, что отъ этой продѣлки я ожидаю весьма счастливыхъ результатовъ. Если объ этой небывалой консультац³и будетъ напечатано къ здѣшнихъ газетахъ, такъ оно, знаете, карьера моя обдѣлается сама собою. A вотъ и Бенъ. Ну, пошевеливайся, дружище.
   Съ этими словами м-ръ Бобъ Сойеръ подсадилъ на козлы ямщика, впихнулъ своего друга во внутренность кареты, захлопнулъ дверцы, приподнялъ подножки, прибилъ билетикъ къ уличной двери, заперъ ее, положилъ ключъ въ карманъ, вскочилъ на запятки, закричалъ "пошелъ!" и прежде, чѣмъ м-ръ Пикквикъ успѣлъ сообразить и размыслить, долженъ или не долженъ Бобъ Сойеръ сопутствовать ему въ дорогѣ, экипажъ уже катился во всю прыть, и ямщикъ весело похлопывалъ бичомъ.
   Пока они ѣхали по бристольскимъ улицамъ, веселый Бобъ, съ зелеными очками на глазахъ, велъ себя степенно и съ приличною важностью, исподволь только прибѣгая къ различнымъ словеснымъ остротамъ въ пользу и назидан³е м-ра Самуэля Уэллера; но какъ скоро экипажъ очутился за городомъ на большой дорогѣ, молодой врачъ сдернулъ съ носа зеленые очки и принялся выдѣлывать разнообразныя практическ³я штуки съ цѣлью обратить наивящее вниман³е пѣшеходовъ на проѣзжающ³й экипажъ. Между этими продѣлками не послѣднее мѣсто занимало громогласное подражан³е звукамъ кондукторскаго рожка и махан³е въ воздухѣ надъ поверхностью кареты малиновымъ шелковымъ платкомъ, который нарочно для этой цѣли былъ привязанъ къ набалдашнику дорожной палки.
   - Интересно было бы знать, отчего это всѣ здѣсь останавливаются и смотрятъ на насъ,- сказалъ м-ръ Пикквикъ, прерывая себя на самой серединѣ одушевленной бесѣды, имѣвшей непосредственное отношен³е къ м-ру Винкелю и его молодой супругѣ.- Какую странность они могутъ замѣчать въ насъ.
   - Они, безъ сомнѣн³я, заглядываются на нашу карету,- отвѣчалъ Бенъ Алленъ самодовольнымъ тономъ.- Здѣсь не привыкли видѣть так³е щегольск³е экипажи. Это имъ въ диковинку, смѣю сказать.
   - Можетъ быть,- сказалъ м-ръ Пикквикъ.- Можетъ статься. Очень вѣроятно. Должно быть, такъ.
   Догадка м-ра Пикквика, нѣтъ сомнѣн³я, приняла бы для него форму дѣйствительнаго факта, если бы въ эту минуту, случайно выглянувъ изъ окна кареты, онъ не замѣтилъ, что взоры пѣшеходовъ вовсе не выражали того почтительнаго изумлен³я, на которое онъ имѣлъ нѣкоторое право разсчитывать на основан³и своихъ соображен³й. Ему даже показалось, что между пѣшеходами и наружными пассажирами экипажа существуютъ как³я-то телеграфическ³я сообщен³я, которыя, какъ онъ догадывался теперь, могли имѣть близкую или отдаленную связь съ какими-нибудь выходками Роберта Сойера.
   - Я надѣюсь,- сказалъ м-ръ Пикквикъ,- что вѣтреный другъ вашъ, авось, не дѣлаетъ никакихъ глупостей на запяткахъ.
   - О, нѣтъ, какъ это можно,- отвѣчалъ Бенъ Алленъ,- Робертъ пресмирный парень, ужъ за это я ручаюсь.
   Вслѣдъ за тѣмъ послѣдовало самое продолжительное и мастерское подражан³е звукамъ кондукторскаго рожка, сопровождаемое взвизгами и криками, которые - уже не было въ этомъ ни малѣйшаго сомнѣн³я - происходили изъ легкихъ и груди м-ра Роберта Сойера.
   Ученый мужъ и юный его собесѣдникъ выразительно переглянулись другъ на друга, и затѣмъ м-ръ Пикквикъ, снявъ шляпу, высунулся до самой понсницы изъ окна экипажа, и это доставило ему полную возможность обозрѣть всю сцену.
   М-ръ Бобъ Сойеръ, растопыривъ ноги во всю длину, сидѣлъ не на запяткахъ, но на кровлѣ экипажа, и на головѣ м-ра Боба Сойера болталась надѣтая на бекрень шляпа Самуэля Уэллера. Въ одной рукѣ онъ держалъ огромный бутербродъ, въ другой - плетеную бутылку удовлетворительнаго размѣра, и уста ею поминутно прикладывались то къ бутерброду, то къ бутылкѣ, между тѣмъ, какъ въ промежуткахъ оглашалъ онъ воздухъ дикимъ воемъ или перестрѣливался какой нибудь шуточкой съ проходившимъ незнакомцемъ. Малиновый флагъ укрѣпленъ былъ въ вертикальномъ положен³и на одной изъ оконечностей кузова кареты, a м-ръ Самуэль Уэллеръ, украшенный шляпою Боба Сойера, сидѣлъ въ самомъ центрѣ сидѣйки на запяткахъ и кушалъ бутербродъ съ одушевленнымъ аппетитомъ, при чемъ физ³оном³я его выражала совершеннѣйшее удовольств³е и одобрен³е всѣхъ поступковъ м-ра Роберта. Уже одно это могло въ высшей степени раздражить джентльмена съ характеромъ м-ра Пикквика; но это было еще не все. Въ эту самую минуту экипажъ повстрѣчался съ дилижансомъ, набитымъ пассажирами и внизу, и вверху на импер³алѣ: м-ръ Бобъ Сойеръ взялъ въ одну руку шляпу, въ другую флагъ и прокричалъ во все горло троекратное "ура", свидѣтельствуя въ то же время глубокое почтен³е встрѣчнымъ путешественникамъ и путешесгвенницамъ, которые помирали со смѣху, озирая шутовскую фигуру молодого человѣка.
   - М-ръ Сойеръ!- вскричалъ м-ръ Пикквикъ, доведенный до самаго раздражительнаго состоян³я.- М-ръ Сойеръ, сэръ!
   - Э-ой!- отвѣчалъ этотъ джентльменъ, перегибаясь съ величайшимъ хладнокров³емь черезъ кровлю экипажа.
   - Вы съ ума сошли, сэръ?- спросилъ м-ръ Пикквикъ.
   - Ничуть не бывало, дружище.
   - Что-жъ вы дѣлаете? Веселюсь на ваше здоровье.
   - Онъ веселится!- вскричалъ м-ръ Пикквикъ въ порывѣ величайшаго негодован³я.- Какъ вамъ не стыдно, сэръ? Уберите этотъ шутовск³й красный платокъ. Я требую этого, сэръ. Самуэль, возьмите платокъ.
   Прежде, чѣмъ Самуэль собрался исполнить волю своего господина, м-ръ Бобъ Сойеръ грац³озно сдернулъ флагъ съ набалдашника палки и, уложивъ его въ карманъ, сдѣлалъ м-ру Пикквику учтивый поклонъ. Затѣмъ, не теряя лишнихъ словъ, онъ откупорилъ бутылку и выпилъ три или четыре глотка, давая знать движен³емъ руки, что онъ желаетъ м-ру Пикквику великаго благополуч³я и счастья. Выполнивъ этотъ маневръ съ необыкновенной быстротою, Бобъ Сойеръ бросилъ благосклонный взглядъ на м-ра Пикквика, облизнулся, закусилъ и улыбнулся.
   - Ну, полно, полно, молодой человѣкъ, - сказалъ м-ръ Пикквикъ, когда гнѣвъ его сталъ простывать мало-помалу.- Пожалуйста, вы не дѣлайте этихъ глупостей, сэръ.
   - Нѣтъ, нѣтъ, отвѣчалъ Бобъ,- размѣниваясь шляпами съ м-ромъ Уэллеромъ,- ни подъ какимъ видомъ, почтенный другъ. Признаться, я и самъ не знаю, какъ y меня до этого дошло: ѣзда такая веселая, я и не выдержалъ.
   - Разсудите сами, молодой человѣкъ, вѣдь это ни на что не похоже.
   - Знаю, знаю, старшина. Ужъ будьте теперь покойны: ничего этого не будетъ.
   Успокоенный этими увѣрен³ями, м-ръ Пикквикъ скрылся во внутренности кареты и поднялъ стекло; но лишь только возобновился y нихъ прерванный разговоръ, какъ вниман³е ученаго мужа было развлечено появлен³емъ небольшого чернаго тѣла продолговатой формы передъ самымъ окномъ. Этотъ странный предметъ два или три раза стукнулся о стекло, напрашиваясь, очевидно, въ карету.
   - Что это такое?- воскликнулъ м-ръ Пикквикъ.
   - Бутылка, если не ошибаюсь,- замѣтилъ Бенъ Алленъ, разглядывая съ очевиднымъ участ³емъ странный предметъ,- и думать надобно, что эта бутылка принадлежитъ Роберту.
   Догадка оказалась совершенно вѣрною. М-ръ Бобъ Сойеръ прицѣпилъ плетеную бутылку къ оконечности своей палки и, постукивая ею въ окно, выражалъ такимъ образомъ безмолвное желан³е, чтобы пр³ятели его, для общей пользы, освидѣтельствовали содержан³е этого предмета.
   - Что-жъ намъ дѣлать?- сказалъ м-ръ Пикквикъ. - Эта выходка опять никуда не годится.
   - Надобно, я думаю, взять бутылку,- отвѣчалъ Бенъ Алленъ.- Мы спрячемъ ее и не отдадимъ назадъ: это послужитъ для него наказан³емъ.
   - A что? Вѣдь и въ самомъ дѣлѣ!
   - Больше тутъ и нечего дѣлать.
   Находя этотъ совѣтъ весьма благоразумнымъ, м-ръ Пикквикъ тихонько отворилъ окно и отцѣпилъ бутылку, къ очевидному удовольств³ю м-ра Боба Сойера, который при этой операц³и залился самымъ веселымъ смѣхомъ.
   - Что это за неугомонный весельчакъ!- воскликнулъ м-ръ Пикквикъ, посматривая на своего собесѣдника съ бутылкою въ рукахъ.
   - Да, нравъ y него очень веселый,- замѣтилъ м-ръ Алленъ.
   - На него и сердиться нельзя,- сказалъ м-ръ Пикквикъ.
   - Никакъ нельзя,- подтвердилъ Бенъ Алленъ.
   Въ продолжен³е обмѣна этими коротенькими сентенц³ями м-ръ Пикквикъ машинально откупорилъ бутылку.
   - Что это такое?- спросилъ Бенъ Алленъ безпечнымь тономъ.
   - Не знаю,- отвѣчалъ м-ръ Пикквикъ съ такою же безпечностью.- Запахъ, кажется, довольно пр³ятный.
   - Право?
   - Кажется, такъ, a впрочемъ, утвердительно нельзя сказать.
   - Не лучше-ли вамъ пр³отвѣдать, м-ръ Пикквикъ?
   - Вы такъ думаете?
   - Я именно такъ думаю; иначе нельзя и узнать, что здѣсь такое.
   Всегда готовый жертвовать своими личными чувствами и впечатлѣн³ями въ пользу ближняго, ученый мужъ приложилъ горлышко бутылки къ своимъ устамъ и втянулъ въ себя одинъ или два глотка.
   - Ну, такъ Что-жъ это такое?- спросилъ Бенъ Алленъ съ нѣкоторымъ нетерпѣн³емъ.
   - Не знаю, право, какъ бы не ошибиться,- отвѣчалъ, облизываясь, м-ръ Пикквикъ.- Ну да, да, такъ и есть,- и сказалъ ученый мужъ послѣ вторичнаго эксперимента,- это пуншъ, ананасовый пуншъ.
   М-ръ Бенъ Алленъ взглянулъ на м-ра Пикквика, м-ръ Пикквикъ взглянулъ на м-ра Бена Аллена. М-ръ Бенъ Алленъ улыбнулся; но м-ръ Пикквикъ сохранилъ степенный видъ.
   - A вотъ, если мы выпьемъ все до капли, такъ это впереди послужитъ ему урокомъ,- сказалъ м-ръ Пикквикъ.
   - Скажите, пожалуйста! Вѣдь и мнѣ тоже пришло въ голову,- отвѣчалъ Бенъ Алленъ.- Удивительное сочувств³е.
   - Ну, такъ церемониться нечего: ваше здоровье, м-ръ Алленъ.
   Съ этими словами, м-ръ Пикквикъ втянулъ въ себя же вдругъ значительное количество глотковъ и потомъ передалъ бутылку Бену Аллену, который не замедлилъ послѣдовать его примѣру. Улыбки на этотъ разъ сдѣлались взаимными, такъ же, какъ постепенный раздѣлъ ананасоваго пунша.
   - A вѣдь, если сказать правду, шутки его очень забавны,- замѣтилъ м-ръ Пикквикъ, осушая послѣднюю каплю.
   - И остроумны,- подтвердилъ Бенъ Алленъ.
   И въ доказательство, что м-ръ Бобъ Сойеръ былъ остроумнѣйшимъ изъ смертныхъ, молодой другъ его разсказалъ м-ру Пикквику презабавную истор³ю о томъ, какъ однажды этотъ джентльменъ схватилъ отъ пьянства сильнѣйшую горячку и принужденъ былъ обрить себѣ голову. Этотъ разсказъ былъ далеко не оконченъ, когда экипажъ остановился y трактира "Берклейской долины" для смѣны лошадей.
   - Здѣсь мы станемъ обѣдать, господа, не такъ ли?- сказалъ Бобъ Сойеръ, заглядывая въ окно.
   - Обѣдать!- воскликнулъ м-ръ Пикквикъ.- Какъ это можно? Мы проѣхали всего девятнадцать миль, a намъ еще остается восемьдесятъ семь съ половиною.
   - Тѣмъ, значитъ, необходимѣе намъ подкрѣпить силы для такой дальней дороги,- возразилъ м-ръ Бобъ Сойеръ.
   - Э, полноте! Что за обѣдъ къ половинѣ двѣнадцатаго?- сказалъ м-ръ Пикквикъ, взглянувъ на свои часы.
   - Ну, такъ полдничать,- отвѣчалъ Бобъ.- Эй, любезный! Полдникъ для трехъ персонъ, Лошади пусть постоятъ. Прикажите подать на столъ всѣ холодныя блюда, как³я y васъ есть, бутылки двѣ элю, разумѣется,- и дайте намъ отвѣдать вашей лучшей мадеры.
   Раздавъ эти приказан³я съ необычайною суетливостью, м-ръ Бобъ Сойеръ побѣжалъ въ буфетъ, чтобы лично наблюдать за приготовлен³ями полдника. Минутъ черезъ пять онъ воротился и объявилъ, что все изготовлено на славу.
   Полдникъ, по общему приговору, дѣйствительно оказался превосходнымъ, и всѣ три джентльмена съ величайшимъ аппетитомъ пили шотландск³й эль и старую остъ-индскую мадеру. Плетеная бутылочка вновь наполнилась ананасовымъ пуншемъ, и, когда путешественники въ прежнемъ порядкѣ усѣлись на мѣстахъ, кондукторск³й рожокъ заигралъ опять, и малиновый флагъ появился на поверхности экипажа уже безъ малѣйшаго сопротивлен³я со стороны м-ра Пикквика.
   Въ городѣ Тьюксбери, въ гостиницѣ "Желтаго хмеля", путешественники остановились пообѣдать.
   Шотландск³й эль, мадера и портвейнъ были потребованы въ значительномъ количествѣ, и, сверхъ того, плетеная бутылочка наполнилась, какъ слѣдуеть, уже въ четвертый разъ. Подъ вл³ян³емъ всѣхъ этихъ сердцекрѣпительныхъ напитковъ, м-ръ Пикквикъ и Бень Алленъ покоились сладкимъ сномъ въ продолжен³е тридцати миль, между тѣмъ какъ Бобъ Сойеръ и м-ръ Уэллеръ распѣвали дуэты на запяткахъ.
   Было очень темно, когда м-ръ Пикквикъ впервые открылъ глаза, и выглянулъ изъ окна кареты. Хижины и сараи, разбросанные по обѣимъ сторонамъ дороги, грязная наружность всѣхъ видимыхъ предметовъ, затхлая атмосфера, груды пепла, извести, мусора, кирпичей, густые клубы дыма, поднимавш³еся къ облакамъ, изъ высочайшихъ трубъ, блескъ и мерцан³е отдаленныхъ огней, громадныя фуры, нагруженныя товарами: все это служило несомнѣннымъ признакомъ, что путешественники быстро приближаются къ большому промышленному городу Бирмингему.
   И вотъ, наконецъ, они въ самомъ центрѣ этого коммерческаго круговорота. На улицахъ - многочисленныя толпы ремесленниковъ, купцовъ, фабрикантовъ, рабочихъ. Смутный гулъ разнообразныхъ голосовъ вырывается изъ каждаго дома; свѣчи горятъ ярко во всѣхъ верхнихъ этажахъ; движен³е колесъ и шумъ отъ гигантскихъ машинъ потрясаютъ дрожащ³я стѣны. Неугомонный стукъ молота, бурное дыхан³е паровъ, звонъ и бренчанье многочисленныхъ оруд³й промышленнаго производства: такова была музыка, оглушившая нашихъ путешественниковъ при въѣздѣ въ Бирмингемъ.
   Карета между тѣмъ быстро катилась изъ улицы въ улицу, по направлен³ю къ первой городской гостиницѣ, гдѣ путешественники должны были остановиться. Равнодушный къ окружающимъ предметамъ, м-ръ Пикквикъ успѣлъ углубиться въ сущность деликатнаго поручен³я, составлявшаго исключительную цѣль его поѣздки.
   Деликатная сущность поручен³я и трудность привести его въ исполнен³е удовлетворительнымъ способомъ нисколько ни уменьшались отъ добровольнаго сотоварищества м-ра Боба Сойера. Совсѣмъ напротивъ: м-ръ Пикквикъ чувствовалъ, что присутств³е въ настоящемъ случаѣ, молодого человѣка, было для него такою честью, которой онъ никакъ не сталъ бы добиваться самъ по себѣ и, если сказать правду, онъ былъ бы даже очень радъ заплатить довольно значительную сумму, чтобы удалить м-ра Боба Сойера миль за пятьдесятъ отъ этого мѣста.
   М-ръ Пикквикъ до сихъ поръ еще ни разу не видалъ м-ра Винкеля старшаго и не пользовался его личнымъ знакомствомъ, хотя два или три раза онъ писалъ къ нему весьма длинныя письма, въ которыхъ дѣлахъ лестные отзывы о характерѣ и нравственности его сына. Онъ понималъ теперь съ удовлетворительною ясностью, что на его мѣстѣ было очень неловко представляться первый разъ въ сопровожден³и двухъ юношей весьма легкомысленной и вѣтреной натуры.
   "Надобно, однакожъ, сдѣлать все, что отъ меня зависитъ", думалъ м-ръ Пикквикъ, успокаивая по возможности свои взволнованныя чувства: - "я долженъ увидѣть его не иначе, какъ сегодня, сообразно съ обѣщан³емъ, даннымъ его сыну. Эти молодые люди, по всей вѣроятности, не отстанутъ отъ меня; но я постараюсь сократить свидан³е и буду надѣяться, что они, изъ уважен³я къ самимъ себѣ, станутъ вести себя прилично".
   Когда онъ успокоилъ себя этими размышлен³ями, карета остановилась, наконецъ, y подъѣзда Королевской гостиницы. Самуэль Уэллеръ, не безъ нѣкотораго усил³я, разбудилъ Бена Аллена и вытащилъ его изъ экипажа. М-ръ Пикквикъ послѣдовалъ за ними. Какъ скоро имъ отвели уютный и опрятный нумеръ, ученый мужъ немедленно приступилъ съ разспросами къ слугѣ относительно мѣста жительства м-ра Винкеля.
   - Близехонько отсюда, сэръ, отвѣчалъ слуга,- четверть мили, не болѣе. М-ръ Винкель завѣдуетъ y насъ работами на каналѣ, и его сдѣлали недавно смотрителемъ буяна. Квартиру его вамъ всяк³й мальчишка укажетъ.
   Здѣсь слуга какъ будто невзначай задулъ свѣчу, и принялся зажигать ее опять, доставляя такимъ образомъ м-ру Пикквику удобный случай предложить еще нѣсколько вопросовъ, если онъ этого желаетъ.
   - Прикажете, сэръ, подать что-нибудь?- сказалъ слуга, приведенный въ отчаян³е молчан³емъ м-ра Пикквика.- Чаю или кофе, сэръ? Обѣдъ, сэръ?
   - Ничего покамѣстъ.
   - Слушаю, сэръ. Угодно вамъ заказать ужинъ, сэръ?
   - Не теперь, любезный.
   - Слушаю, сэръ.
   Здѣсь онъ медленно пошелъ къ дверямъ, но остановился на полдорогѣ, обернулся и сказалъ съ пр³ятной улыбкой.
   - Не прикажите-ли послать къ вамъ горничную, господа?
   - Пошлите, пожалуй,- сказалъ м-ръ Пикквикъ.
   - Слушаю, сэръ.
   - И принесите содовой воды,- сказалъ Бобъ Сойеръ.
   - Содовой воды, сэръ? Слушаю, сэръ. Очень, хорошо, сэръ.
   Это приказан³е, повидимому, облегчило душу честнаго слуги отъ подавляющаго груза, и онъ незамѣтно скрылся изъ глазъ. Трактирные служители никогда не ходятъ и не бѣгаютъ: y нихъ есть свой особый и таинственный способъ выкрадываться изъ комнатъ, и этотъ способъ неизвѣстенъ другимъ смертнымъ.
   Содовая вода пробудила нѣкоторые слабые признаки жизненной дѣятельности въ особѣ м-ра Бенжамена Аллена: его уговорили умыться, причесаться, и онъ позволилъ Самуэлю вычистить свое платье. М-ръ Пикквикъ и Бобъ Сойеръ привели также въ порядокъ свой туалетъ, и затѣмъ всѣ трое, рука объ руку, отправились къ м-ру Винкелю, при чемъ Бобъ Сойеръ, для препровожден³я времени, наполнялъ атмосферу табачнымъ дымомъ.
   За четверть мили отъ первой городской гостиницы, въ тихой и уединенной улицѣ, стоялъ старый красный кирпичный домъ съ тремя ступеньками передъ подъѣздомъ, на поверхности котораго была мѣдная дощечка, гдѣ крупными римскими буквами было изображено: "М-ръ Винкель". Ступеньки были очень бѣлы, кирпичи очень красны, и весь домъ казался очень чистымъ и опрятнымъ. Здѣсь-то, въ десять часовъ вечера, остановились м-ръ Пикквикъ, м-ръ Бенжаменъ Алленъ и м-ръ Бобъ Сойеръ.
   На повторенный стукъ въ дверь къ путешественникамъ выбѣжала молодая хорошенькая дѣвушка, оторопѣвшая отъ изумлен³я при взглядѣ на трехъ незнакомыхъ джентльменовъ.
   - Дома-ли м-ръ Винкель, моя милая?- спросилъ м-ръ Пикквикъ.
   - Дома.
   - Можно его видѣть, душенька?
   - М-ръ Винкель ужинаетъ, сэръ.
   - Потрудитесь передать ему вотъ эту карточку, моя милая,- сказалъ м-ръ Пикквикъ.- Мнѣ очень жаль безпокоить м-ра Винкеля въ такой поздн³й часъ, но я долженъ непремѣнно увидаться съ нимъ сегодня. Я только-что пр³ѣхалъ въ этотъ городъ.
   Дѣвушка бросила робк³й взглядь на м-ра Боба Сойера, который между тѣмъ разнообразными и чудодѣйственными гримасами спѣшилъ выразить достойную степень удивлен³я и уважен³я къ молодой красавицѣ.
   - Не угодно-ли вамъ пожаловать въ коридоръ, пока я доложу м-ру Винкелю?
   И затѣмъ, не дожидаясь отвѣта, она кликнула другую служанку, которая въ ея отсутств³е должна была караулить въ коридорѣ шляпы, сюртуки и шинели. Но черезъ минуту она воротилась опять и попросила незнакомыхъ джентльменовъ войти въ одну изъ комнатъ перваго этажа, похожую отчасти на уборную, отчасти на пр³емную. Главнѣйшими предметами мебели здѣсь были: письменная конторка, рукомойникъ, бритвенный приборъ, маленькое зеркало, колодка для сапогъ, подножная скамейка, маленьк³й круглый столикъ, четыре стула и старинные восьмидневные часы. На мраморной полкѣ въ углублен³и камина стояла желѣзная касса, и, наконецъ, двѣ висячихъ полки для книгъ и бумагъ служили единственными украшен³ями стѣнъ, оклеенныхъ обоями.
   - Прошу извинить, сэръ, что я заставила васъ дожидаться въ коридорѣ,- сказала дѣвушка, зажигая лампу и обращаясь къ м-ру Пикквику съ обворожительной улыбкой,- но я еще никогда не имѣла чести васъ видѣть; a y насъ тутъ столько всякаго народа, что, признаться, не клади плохо...
   - Ничего, моя милая, стоитъ-ли тутъ извиняться? сказалъ м-ръ Пикквикъ добродушнымъ тономъ.
   - Вовсе не стоитъ, душечка,- подтвердилъ Бобъ Сойеръ, протягивая обѣ руки въ изъявлен³е желан³я, чтобы молодая леди не спѣшила уходить изъ комнаты.
   Но эта ласка отнюдь не произвела благодѣтельнаго впечатлѣн³я на молодую леди, и, сказавъ, что м-ръ Бобъ Сойеръ "возмутительный человѣкъ", она прикоснулась весьма неосторожно своими нѣжными пальчиками въ его щекѣ и стремительно выбѣжала изъ комнаты.
   Лишенный общества молодой леди, м-ръ Бобъ Сойеръ, для общей потѣхи и собственнаго удовольств³я, раскрылъ и закрылъ конторку, заглянулъ въ бумаги на книжной полкѣ, попробовалъ замокъ въ желѣзной кассѣ, примѣрилъ хозяйск³е сапоги и произвелъ нѣсколько забавныхъ экспериментовъ надъ мебелью: всѣ эти продѣлки поражали невыразимымъ ужасомъ и страхомъ м-ра Пикквика и доставляли въ то же время несказанное удовольств³е самому м-ру Бобу Сойеру.
   Наконецъ, дверь отворилась, и въ комнату вошелъ низеньк³й старичокъ во фракѣ и панталонахъ табачнаго цвѣта, съ карточкой м-ра Пикквика въ одной рукѣ и серебрянымъ подсвѣчникомъ въ другой. Походка, голова и всѣ черты лица напоминали въ немъ фигуру м-ра Винкеля младшаго, за исключен³емъ того только, что старичокъ былъ нѣсколько плѣшивъ.
   - Здравствуйте, м-ръ Пикквикъ, здравствуйте, сэръ!- сказалъ м-ръ Винкель старш³й, поставивъ подсвѣчникъ на столъ и протягивая свою руку.- Надѣюсь, вы здоровы, сэръ. Очень радъ васъ видѣть. Садитесь, м-ръ Пикквикъ, прошу покорно. Этотъ джентльменъ...
   - Пр³ятель мой, м-ръ Сойеръ,- перебилъ м-ръ Пикквикъ,- другъ вашего сына.
   - О!- сказалъ м-ръ Винкель старш³й, бросая довольно угрюмый взглядъ на Боба.- Надѣюсь, вы здоровы, сэръ?
   - Какъ медвѣдь, къ вашимъ услугамъ,- отвѣчалъ Бобъ Сойеръ.
   - A въ этомъ другомъ джентльменѣ,- продолжалъ м-ръ Пикквикъ,- мнѣ пр³ятно рекомендовать вамъ близкаго родственника, или, лучше, самаго искренняго друга вашего сына, какъ это вы сейчасъ увидите изъ письма, которое я привезъ къ вамъ, м-ръ Винкель. Фамил³я его - Алленъ, сэръ.
   - Вы говорите объ этомъ господинѣ, сэръ?- спросилъ м-ръ Винкель, указывая карточкой на Бена Аллена, который этимъ временемъ успѣлъ заснуть, прислонившись спиною къ стѣнѣ.
   М-ръ Пикквикъ только-что хотѣлъ отвѣчать на этотъ вопросъ и уже собрался исчислить, во всей полнотѣ, достоинства и отлич³я фамил³и м-ра Бенжамена Аллена, какъ въ эту самую минуту остроумный и находчивый Бобъ Сойеръ ущипнулъ своего друга за руку съ тою цѣлью, чтобы пробудить въ немъ сознан³е своего положен³я. М-ръ Алленъ взвизгнулъ и быстро вскочилъ на ноги. Затѣмъ, увидѣвъ передъ собой незнакомое лицо, онъ стремительно подошелъ къ м-ру Винкелю, взялъ его за обѣ руки и, пробормотавъ нѣсколько отрывочныхъ сентенц³й безъ опредѣленнаго значен³я и смысла, спросилъ, не угодно-ли ему чего-нибудь, въ ожидан³и обѣда, выпить, закусить или перекусить; послѣ всего этого м-ръ Алленъ сѣлъ опять на свое мѣсто и началъ бросать вокругъ себя безсмысленные взоры, какъ будто не имѣлъ онъ ни малѣйшаго сознан³я о томъ, куда, какъ и зачѣмъ привела его судьба.
   Положен³е м-ра Пикквика становилось тѣмъ болѣе затруднительнымъ, что м-ръ Винкель старш³й не скрывалъ своего изумлен³я при взглядѣ на странное поведен³е молодыхъ людей. Чтобы разомъ покончить это дѣло, онъ вынулъ изъ кармана письмо и, представляя его м-ру Винкелю, сказалъ.
   - Это письмо, сэръ, отъ вашего сына. Изъ содержан³я его вы изволите усмотрѣть, что отъ вашего отеческаго вниман³я и снисхожден³я будетъ зависѣть все счастье и благосостоян³е молодого человѣка. Прошу васъ покорнѣйше прочесть письмо спокойно, хладнокровно, и потомъ сказать мнѣ откровенно, какое впечатлѣн³е произведетъ оно на ваше родительское сердце. О важности приговора, который я буду имѣть честь выслушать изъ вашихъ устъ, вы можете судить уже по одному тому, что я нарочно пр³ѣхалъ сюда для свидан³я съ вами и рѣшился, не откладывая ни одной минуты, явиться къ вамъ въ поздн³й часъ ночи... несмотря на так³я невыгодныя обстоятельства,- заключилъ м-ръ Пикквикъ, взглянувъ искоса на своихъ молодыхъ друзей.
   Послѣ этого вступлен³я м-ръ Пикквикъ поспѣшилъ вручить по принадлежности озадаченному м-ру Винкелю огромное послан³е его сына и затѣмъ, усѣвшись на стулъ, принялъ наблюдательную позу, подобающую джентльмену, который не чувствуетъ теперь ни малѣйшей тяжести на своей душѣ.
   Старичокъ повертѣлъ письмо въ рукахъ, взглянулъ на углы конверта, на адресъ, на печать, придвинулъ стулъ къ круглому столику, поправилъ лампу, сломалъ печать, развернулъ бумагу и приготовился читать.
   Но въ этотъ самый моментъ м-ръ Бобъ Сойеръ, казавш³йся спокойнымъ въ продолжен³е нѣсколькихъ минутъ, положилъ свои руки на колѣни и сдѣлалъ уморительную гримасу въ родѣ тѣхъ, как³я мы встрѣчаемъ на портретахъ, изображающихъ покойнаго м-ра Гримальди, знаменитаго шута. Случилось, однакожь, что м-ръ Винкель старш³й, вмѣсто того, чтобы углубиться въ чтен³е письма, какъ разсчитывалъ Бобъ Сойеръ, устремилъ ненарокомъ пристальный взглядъ на фигуру самого Боба Сойера, и, заключая весьма основательно, что шутовская гримаса имѣетъ цѣлью осмѣян³е его собственной особы, старичокъ сдѣлалъ такую строгую и суровую мину, что черты покойнаго Гримальди мгновенно приняли выражен³е невинной скромности и смирен³я.
   - Вы что-то говорили, сэръ?- спросилъ м-ръ Винкель послѣ страшнаго молчан³я.
   - Нѣтъ, сэръ,- отвѣчалъ Бобъ Сойеръ смиреннымъ тономъ.
   - Увѣрены-ли вы въ этомъ, сэръ?
   - О, да, сэръ, совершенно увѣренъ.
   - A мнѣ показалось, что вы дѣйствительно говорили, сэръ,- продолжалъ старый джентльменъ тономъ выразительнаго негодован³я,- вы, можетъ быть, смотрѣли на меня, сэръ?
   - О, нѣтъ, сэръ, совсѣмъ нѣтъ!- отвѣчалъ Бобъ съ величайшею учтивостью.
   - Очень радъ слышать это, сэръ,- сказалъ м-ръ Винкель старш³й.
   Бросивъ еще разъ сердитый взглядъ на уничтоженнаго Боба, старый джентльменъ пододвинулъ къ себѣ лампу и уже серьезно углубился въ чтен³е письма.
   М-ръ Пикквикъ слѣдилъ пристально и внимательно за всѣми движен³ями старца, по мѣрѣ того, какъ онъ перебѣгалъ отъ одной строки къ другой, отъ первой страницы ко второй, отъ второй къ третьей, отъ третьей къ четвертой и послѣдней; но ни малѣйшее измѣнен³е въ чертахъ лица не могло служить болѣе или менѣе правдоподобнымъ истолкован³емъ чувствован³й, съ какими м-ръ Винкель старш³й принялъ извѣст³е о супружествѣ своего сына, которое супружество, какъ зналъ м-ръ Пикквикъ, описывалось уже на первой страницѣ послѣ двѣнадцатой строки.
   М-ръ Винкель прочиталъ письмо до послѣдняго слова, сложилъ его опять со всею тщательностью и аккуратностью дѣлового человѣка, и въ то самое мгновен³е, какъ м-ръ Пикквикъ ожидалъ неминуемаго взрыва сильныхъ ощущен³й, старичокъ обмакнулъ перо въ чернильницу и сказалъ совершенно спокойнымъ тономъ, какъ будто рѣчь шла о какой-нибудь коммерческой бездѣлкѣ:
   - Куда адресовать къ Натан³элю, м-ръ Пикквикъ?
   - Въ гостиницу "Коршуна и Джорджа",- отвѣчалъ этотъ джентльменъ.
   - "Коршунъ и Джорджъ". A гдѣ эта гостиница?
   - На Георг³евскомъ подворьѣ, въ Ломбардской улицѣ.
   - Въ Сити?
   - Да.
   Старый джентльменъ методически записалъ адресъ на изнанковой сторонѣ конверта, бросилъ письмо въ конторку, заперъ ее, положилъ въ карманъ связку ключей и сказалъ:
   - Больше, я полагаю, ничто не можетъ удерживать васъ y меня, м-ръ Пикквикъ?
   - Ничто, почтеннѣйш³й!- вскричалъ озадаченный м-ръ Пикквикъ въ порывѣ негодующаго изумлен³я.- Ничто! И вы не намѣрены ничѣмъ больше выразить своего мнѣн³я по поводу этого великаго событ³я въ жизни нашего молодого друга? Вы не хотите увѣрить его черезъ меня въ продолжен³и своего покровительства и родительской любви? И не будетъ отъ васъ ни одного ласковаго слова, ни одного привѣта этой юной четѣ? Что съ вами, м-ръ Винкель? Образумьтесь, почтеннѣйш³й, подумайте!
   - Я подумаю объ этомъ на досугѣ,- отвѣчалъ старичокъ.- На этотъ разъ мнѣ нечего сказать. Я человѣкъ дѣловой, м-ръ Пикквикъ, и не привыкъ сгоряча пускаться на как³я бы то ни было аферы. Въ настоящемъ случаѣ я никакъ не могу одобрить этого дѣла: обстановка его мнѣ рѣшительно не нравится. Тысяча фунтовъ - небольшая сумма, м-ръ Пикквикъ.
   - Что правда, то правда, вовсе небольшая, бездѣльная сумма,- перебилъ Бенъ Ал³енъ, проснувш³йся въ эту минуту и припомнивш³й весьма кстати, что самъ онъ прокутилъ с_в_о_ю тысячу фунтовъ наслѣдства безъ малѣйшаго затруднен³я.- Вы умный человѣкъ, сэръ. Вѣдь, онъ смышленый малый: какъ ты думаешь, Бобъ?
   - Очень радъ, что вы, сэръ, признаете мое мнѣн³е справедливымъ,- сказалъ м-ръ Винкель старш³й, бросая презрительный взглядъ на Бена Аллена, продолжавшаго глубокомысленно качать головой.- Дѣло вотъ въ чемъ, м-ръ Пикквикъ; я позволилъ своему сыну совершить подъ вашимъ руководствомъ нѣсколько путешеств³й съ тою цѣлью, чтобы онъ приглядѣлся къ людямъ и отвыкъ отъ своихъ пенс³онныхъ привычекъ; но я никогда не уполномочивалъ его на женитьбу безъ моего соглас³я. Онъ знаетъ это очень хорошо. Стало быть, если мнѣ вздумается лишить его своего отеческаго покровительства, Натан³эль не будетъ имѣть никакого права изумляться или сѣтовать на меня. Впрочемъ, я буду писать къ нему, м-ръ Пикквикъ. Прощайте, спокойной вамъ ночи, сэръ. Маргарита, проводите этихъ господъ.
   Все это время Бобъ Сойеръ неугомонно толкалъ м-ра Бена Аллена, поощряя его сказать что-нибудь съ своей стороны въ защиту праваго дѣла. На этомъ основан³и Бенъ Алленъ, безъ всякихъ предварительныхъ соображен³й, вдругъ разразился краткою, но сильно патетическою рѣчью:
   - Сэръ!- воскликнулъ м-ръ Бенъ Алленъ, раскрывъ свои мутные глаза на стараго джентльмена и размахивая вверхъ и внизъ своею правою рукою,- сэръ, стыдитесь самихъ себя ... стыдитесь этихъ стѣнъ, сэръ!
   - Какъ братъ жены моего сына, вы, конечно, превосходный судья въ этомъ дѣлѣ,- отвѣчалъ м-ръ Винкель старш³й.- Довольно объ этомъ. Прошу васъ не возражать, м-ръ Пикквикъ. Прощайте, господа.
   Съ этими словами старичокъ взялъ свѣчу и, отворивъ дверь, учтиво попросилъ гостей освободить его отъ дальнѣйшихъ переговоровъ.
   - Вы станете жалѣть объ этомъ,- сказалъ м-ръ Пикквикъ, съ трудомъ удерживая порывы своего негодован³я.
   - Это мы увидимъ,- отвѣчалъ спокойно м-ръ Винкель старш³й.- Еще разъ, господа, желаю вамъ спокойной ночи.
   М-ръ Пикквикъ пошелъ на улицу сердитой стопой, въ сопровожден³и м-ра Боба Сойера, совершенно оглушеннаго непреклонно строгимъ рѣшен³емъ стараго джентльмена. За ними покатилась шляпа Бена Аллена, и черезъ минуту самъ Бенъ Алленъ появился на лѣстничной ступени y подъѣзда. Всѣ три джентльмена хранили глубокое молчан³е во всю дорогу и, не поужинавъ, разошлись въ гостиницѣ по своимъ спальнямъ. Углубляясь на досугѣ въ сущность и вѣроятныя послѣдств³я своего визита, м-ръ Пикквикъ скоро пришелъ къ заключен³ю, что ему никакъ не слѣдовало отваживаться на эту поѣздку, не собравъ напередъ отчетливыхъ свѣдѣн³й о характерѣ м-ра Винкеля старшаго, который оказался въ такой ужасной степени дѣловымъ человѣкомъ.
  

Глава L.

Мистеръ Пикквикъ встрѣчаетъ одного изъ своихъ старыхъ знакомыхъ, и этому счастливому обстоятельству читатель обязанъ поразительно интересными подробностями относительно двухъ великихъ людей, могущественныхъ и славныхъ въ литературномъ м³рѣ.

   М-ръ Пикквикъ проснулся, по обыкновен³ю, въ восемь часовъ. Наступившее утро всего менѣе могло разсѣять въ душѣ великаго человѣка непр³ятныя впечатлѣн³я, произведенныя неожиданными послѣдств³ями вчерашняго визита. Небо было пасмурно и мрачно, воздухъ затхлъ и сыръ, улицы мокры и грязны. Дымъ лѣниво выходилъ изъ трубъ, какъ будто y него не хватило храбрости подняться къ облакамъ; дождь капалъ медленно и вяло, какъ будто не смѣя превратиться въ ливень. Боевой пѣтухъ на трактирномъ дворѣ, лишенный всѣхъ признаковъ своего обычнаго одушевлен³я, печально покачивался на одной ножкѣ въ уединенномъ углу; оселъ, понуривъ голову, расхаживалъ въ созерцательномъ расположен³и духа, какъ будто въ глупой головѣ его мелькала мысль о самоуб³йствѣ. На улицѣ, кромѣ зонтиковъ, не было видно никакого предмета, и ничего не слышалось, кромѣ паден³я дождевыхъ капель.
   Завтракъ былъ очень скученъ, и разговоръ между нашими путешественниками вовсе не клеился. Даже м-ръ Бобъ Сойеръ живо чувствовалъ на себѣ одуряющее вл³ян³е погоды. Онъ былъ теперь, по его собственному выражен³ю, "сбитъ съ панталыка". М-ръ Пикквикъ и Бенъ Алленъ были тоже не въ своей тарелкѣ.
   Въ тоскливомъ ожидан³и лучшей погоды, путешественники перечитали послѣдн³й нумеръ лондонской вечерней газеты отъ первой строки до послѣдней, перетоптали коверъ въ своей комнатѣ отъ перваго до послѣдняго рисунка, повысмотрѣли всѣ картины на стѣнахъ и перепробовали, безъ малѣйшаго успѣха, всѣ предметы для разговора. Наконецъ, м-ръ Пикквикъ, дождавшись полудня и не видя никакой перемѣны къ лучшему, позвонилъ и отдалъ приказан³е закладывать лошадей.
   Заложили и поѣхали. Дождь полилъ сильнѣе, слякоть по дорогѣ увеличивалась съ каждою минутой, и огромные куски грязи летѣли безпрепятственно въ открытыя окна экипажа, такъ что пассажирамъ во внутренности кареты было почти столько же неловко, какъ и тѣмъ, которые по-прежнему помѣстились на запяткахъ. При всемъ томъ, въ самомъ движен³и и живомъ сознан³и чувства дѣятельности заключалось уже безконечное превосходство передъ скучнымъ и томительнымъ бездѣйств³емъ въ скучной комнатѣ, откуда, безъ всякой цѣли и намѣрен³я, приходилось смотрѣть на скучную улицу и дождевыя капли. Оживленные путешественники не могли понять, зачѣмъ и отчего они такъ долго отсрочивали свою поѣздку.
   Когда они остановились въ Ковентри на первой станц³и, паръ отъ лошадей поднялся такими густыми облаками, что затмилъ совершенно станц³оннаго смотрителя, и путешественники слышали только его громк³й голосъ, выходивш³й изъ тумана. Онъ говорилъ, что человѣколюбивое общество {Лондонское человѣколюбивое общество, Human Society, основано съ единственною цѣлью спасать утопающихъ. Прим. перев.}, при первой раздачѣ прем³й, должно непремѣнно наградить его первою золотою медалью вслѣдств³е того, что y него достало храбрости снять шляпу съ ямщика, иначе этотъ парень неизбѣжно долженъ былъ бы утонуть, такъ какъ вода съ полей его шляпы лилась обильнымъ потокомъ на рукава его, грудь и шею.
   - Прекрасная погода!- сказалъ Бобъ Сойеръ, поднимая воротникъ своего пальто и закрываясь шалью.
   - Чудодѣйственная, сэръ,- подтвердилъ Самуэль Уэллеръ.- A знаете что, сэръ?
   - Что?
   - Случалось-ли вамъ когда-нибудь видѣть больного ямщика?
   - Не припомню. A что?
   - Въ ту пору, напримѣръ, когда вы были студентомъ, въ клинику вашу никогда не приносили больного ямщика?
   - Нѣтъ, никогда.
   - Я такъ и думалъ. A случалось-ли вамъ видѣть на какомъ-нибудь кладбищѣ надгробный памятникъ ямщику?
   - Нѣтъ, не случалось.
   - A мертваго ямщика видѣли вы когда-нибудь?
   - Никогда.
   - Ну, такъ никогда и не увидите,- отвѣчалъ Самуэль торжественнымъ тономъ.- Есть еще другой предметъ, котораго никогда не видалъ ни одинъ человѣкъ: это, сэръ, мертвый оселъ. Никто не видалъ мертваго осла, за исключен³емъ развѣ одного джентльмена въ черныхъ шелковыхъ гультикахъ, знакомаго съ одной молодой женщиной, y которой былъ козелъ. Но тотъ оселъ пр³ѣхалъ сюда изъ Франц³и, и очень могло статься, что былъ онъ не изъ настоящей породы.
   Въ этихъ и подобныхъ разговорахъ проходило время, пока, наконецъ, экипажъ остановился въ Дончорчѣ. Здѣсь путешественники перекусили, перемѣнили лошадей и отправились на слѣдующую станц³ю въ Девентри, откуда черезъ нѣсколько часовъ благополучно прибыли въ Таучестеръ. Дождь, усиливаясь постепенно, не прекращался ни на одну минуту.
   - Это, однакожъ, изъ рукъ вонъ, господа!- замѣтилъ Бобъ Сойеръ, заглядывая въ окно кареты, когда экипажъ остановился въ Таучестерѣ, y подъѣзда гостиницы "Сарациновой головы".- Не мѣшало бы положить этому конецъ.
   - Ахъ, Боже мой!- воскликнулъ м-ръ Пикквикъ, открывая глаза послѣ продолжительной дремоты.- Вы, кажется, ужасно вымокли.
   - Не то чтобы ужасно, a такъ себѣ,- отвѣчалъ Бобъ,- дождь, кажется, не думаетъ церемониться съ нами.
   Дождь струился крупными каплями съ его шеи, рукавовъ, локтей, колѣнъ, и весь костюмъ м-ра Боба, пропитанный водою, представлялъ подоб³е блестящей клеенки.
 &nb

Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (27.11.2012)
Просмотров: 235 | Комментарии: 3 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа