Главная » Книги

Диккенс Чарльз - Замогильные записки Пикквикского клуба, Страница 4

Диккенс Чарльз - Замогильные записки Пикквикского клуба



;ннымъ долгомъ объяснить, что всѣми подробностями, которыя читатель найдетъ въ слѣдующихъ двухъ главахъ, мы обязаны прекрасному путевому журналу м-ра Снодграса, справедливо заслужившаго между своими сочленами и товарищами громкую поэтическую славу. Съ нашей стороны, въ этомъ случаѣ не будетъ даже сдѣлано никакихъ дополнительныхъ примѣчан³й. Зачѣмъ? Дѣло будетъ воп³ять само за себя. Начнемъ.
   Поутру, на другой день, все рочестерское народонаселен³е и жители смежныхъ городовъ поднялись рано съ своихъ постелей, въ состоян³и чрезмѣрнаго одушевлен³я и самой шумной суетливости. На большой площади, передъ Четемскими казармами, долженъ былъ состояться парадъ. Орлиный глазъ командира будетъ обозрѣвать маневры полдюжины полковъ. Будутъ штурмовать неприступную крѣпость, и взорвутъ на воздухъ временныя укрѣплен³я, нарочно воздвигнутыя для этой цѣли.
   М-ръ Пикквикъ, какъ, вѣроятно, уже догадались наши читатели изъ его описан³я Рочестера и Четема, былъ страстнымъ любителемъ стратег³и и тактики. Товарищи его не могли безъ пламеннаго одушевлен³я смотрѣть на великобританскаго воина, гордаго своимъ оруж³емъ и марсовскимъ геройствомъ. Такимъ образомъ, всѣ наши путешественники съ ранняго утра отправились къ главному мѣсту дѣйств³я, куда народъ густыми толпами стекался со всѣхъ концовъ и дорогъ.
   Каждый предметъ на широкой площади свидѣтельствовалъ неоспоримымъ образомъ, что предстоящая церемон³я будетъ имѣть торжественный и гранд³озный характеръ. Часовые, въ полномъ вооружен³и, были разставлены по всѣмъ четыремъ концамъ; слуги устраивали мѣста для дамъ на батареяхъ; сержанты бѣгали взадъ и впередъ съ сафьяновыми книгами подъ мышкой; полковникъ Болдеръ, въ полной парадной формѣ, верхомъ на борзомъ конѣ, галопировалъ отъ одного мѣста до другого осаживалъ свою лошадь, скакалъ между народомъ, выдѣлывалъ курбеты, кричалъ безъ умолку, до хрипоты, отдавая приказан³я и кстати, для развлечен³я, водворяя порядокъ въ народѣ. Офицеры ходили взадъ и впередъ, принимая поручен³я отъ полковника Болдера и отдавая приказан³я сержантамъ. Даже самые солдаты смотрѣли съ видомъ таинственной торжественности изъ подъ своихъ лакированныхъ киверовъ, и это всего больше обличало рѣдкое свойство имѣющаго быть стратегическаго празднества.
   М-ръ Пикквикъ и спутники его заняли мѣста въ переднемъ ряду густой толпы. Толпа между тѣмъ увеличивалась съ каждою минутой, и наши герои, въ продолжен³е двухъ часовъ, только то и дѣлали, что старались удержать выгодную позиц³ю, которую они заняли. Одинъ разъ м-ръ Пикквикъ получилъ энергическ³й толчокъ въ самую середину спины и былъ принужденъ отпрыгнуть впередъ на нѣсколько аршинъ съ такою странною поспѣшностью, которая вообще чрезвычайно противорѣчила его степенному виду. Въ другой разъ попросили его отступить назадъ отъ фронта, причемъ зазѣвавшемуся почтенному президенту пришлось испытать на себѣ силу удара прикладомъ ружья, который пришелся какъ разъ по большому пальцу его правой ноги. Тутъ же нѣкоторые веселые джентльмены съ лѣвой стороны притиснули м-ра Снодграса, и любопытствовали знать: "куда онъ корячится, верзила?" И когда м-ръ Винкель, свидѣтель этой дерзости, выразилъ энергическими знаками свое справедливое негодован³е, какой-то весельчакъ нахлобучилъ ему шляпу на глаза и учтиво попросилъ позволен³я положить къ себѣ въ карманъ его пустую голову. Всѣ эти и мног³я друг³я, практическ³я остроты чрезвычайно игриваго свойства, въ связи съ загадочнымъ отсутств³емъ м-ра Топмана, который вдругъ исчезъ неизвѣстно куда, дѣлали положен³е нашихъ героевъ не совсѣмъ вожделѣннымъ и завиднымъ.
   Наконецъ, смѣшанный гулъ многихъ голосовъ возвѣстилъ прибыт³е ожидаемой особы. Глаза всѣхъ устремились на одинъ и тотъ же пунктъ. Черезъ нѣсколько минутъ нетерпѣливаго ожидан³я, знамена весело заколыхались въ воздухѣ, штыки ярко заблистали на солнцѣ, колонны стройными рядами выступили на равнину, полки вытянулись, выстроились въ цѣпь, слово команды произнесено и главный командиръ, сопровождаемый полковникомъ Болдеромъ и многими офицерами, подскакалъ къ фронту. Грянулъ барабанъ, войска двинулись съ своихъ мѣстъ и начались столь долго ожидаемые публикой маневры.
   Сначала м-ръ Пикквикъ, сбитый съ ногъ и придавленный десятками локтей, не имѣлъ возможности любоваться прекраснымъ зрѣлищемъ парада; но когда, наконецъ, онъ получилъ способность твердо укрѣпиться на своихъ ногахъ, удовольств³е его приняло характеръ безграничнаго восторга.
   - Можетъ ли быть что-нибудь восхитительнѣе?- спросилъ онъ м-ра Винкеля.
   - Ничего не можетъ!- отвѣчалъ м-ръ Винкель, имѣвш³й счаст³е освободиться отъ постороннихъ ногъ, стоявшихъ около четверти часа на его сапогахъ.
   - Величественное, благороднѣйшее зрѣлище!- воскликнулъ м-ръ Снодграсъ.- Чье сердце не затрепещетъ отъ восторга при взглядѣ на героевъ, защитниковъ отечества, которые съ такимъ блескомъ и достоинствомъ рисуются передъ своими мирными гражданами? Не воинственная жестокость на ихъ лицахъ, но выражен³е великодуш³я и благородства, и глаза ихъ сверкаютъ не грубымъ огнемъ хищничества или мести, но поэтическимъ свѣтомъ человѣколюб³я и доблестей душевныхъ.
   М-ръ Пикквикъ, повидимому, не совсѣмъ соглашался съ этимъ восторженнымъ поэтическимъ мнѣн³емъ своего ученика о военныхъ, потому ничего ему не отвѣтилъ и только сказалъ, не обращаясь ни къ кому въ особенности:
   - Мы теперь въ превосходной позиц³и.
   - Да, въ превосходной,- подтвердили въ одинъ голосъ м-ръ Снодграсъ и м-ръ Винкель.
   Превосходство позиц³и состояло въ томъ, что толпа вдругъ разсѣялась въ разныя стороны, a пикквикисты остались одни на своихъ мѣстахъ.
   - Что-то они теперь станутъ дѣлать?- сказалъ м-ръ Пикквикъ, поправляя очки.
   - Мнѣ... мнѣ... кажется,- проговорилъ м-ръ Винкель, значительно измѣняясь въ лицѣ,- кажется, они хотятъ стрѣлять.
   - Вздоръ!- сказалъ м-ръ Пикквикъ.
   - Право, они хотятъ стрѣлять,- подтвердилъ м-ръ Снодграсъ взволнованнымъ тономъ.
   - Быть не можетъ!- возразилъ м-ръ Пикквикъ.
   Но лишь только неустрашимый президентъ произнесъ эти слова какъ вдругъ всѣ шесть полковъ, по какому-то непонятному сочувств³ю, устремили ружейныя дула на одну точку - на грудь почтенныхъ пикквикистовъ, и выпалили съ такимъ ужаснымъ залпомъ, что земля дрогнула подъ ихъ ногами, и свѣтъ дневной затмился въ ихъ глазахъ.
   Въ этомъ-то критическомъ положен³и, когда, съ одной стороны, угрожали безчисленные залпы картечи, a съ другой, противоположной,- готовы были нахлынуть на нихъ новыя полчища артиллеристовъ, м-ръ Пикквикъ обнаружилъ то совершеннѣйшее хладнокров³е, которое обыкновенно составляетъ неотъемлемую принадлежность великихъ душъ. Онъ схватилъ м-ра Винкеля за руку и, поставивъ себя между этимъ джентльменомъ и м-ромъ Снодграсомъ, доказывалъ въ самыхъ краснорѣчивыхъ выражен³яхъ, что имъ никакъ не слѣдуетъ бояться за свою драгоцѣнную жизнь. Конечно, не мудрено было оглохнуть отъ этого ужаснаго шума; но этимъ только и ограничилась вся опасность.
   - Но если, чего Боже сохрани, ружье y кого нибудь заряжено пулей,- говорилъ м-ръ Винкель, блѣдный какъ смерть,- въ эту минуту свистнуло что-то въ воздухѣ надъ самымъ моимъ ухомъ. Долго ли до грѣха? Пропадешь ни за грошъ!
   - Не лучше ли нАмъ повалиться на землю?- сказалъ м-ръ Снодграсъ.
   - О, нѣтъ, это совсѣмъ не нужно; да вотъ ужъ и все кончено!- сказалъ м-ръ Пикквикъ. Могло статься, что губы его нѣсколько дрожали и щеки поблѣднѣли; но за то, въ общихъ чертахъ, физ³оном³я великаго человѣка не выражала никакого безпокойства.
   Дѣйствительно, пальба прекратилась, и предположен³е м-ра Пикквика совершенно оправдалось; но едва только успѣлъ онъ выразить свое душевное удовольств³е насчетъ проницательности своей догадки какъ опять послышалось новое, чрезвычайно быстрое движен³е въ рядахъ. Раздалось могучее слово командира, и, прежде чѣмъ можно было угадать сущность новаго маневра, всѣ шесть полковъ, со штыками наголо, устремились скорымъ маршемъ на тотъ самый пунктъ, гдѣ присутствовалъ м-ръ Пикквикъ со своими почтенными друзьями.
   Человѣкъ смертенъ - дѣло извѣстное, и бываютъ иной разъ так³е роковые случаи, противъ которыхъ вообще безсильно человѣческое мужество. Сначала м-ръ Пикквикъ съ недоумѣн³емъ взглянулъ въ свои очки на приближающуюся массу; потомъ быстро повернулся къ ней спиной и... не то чтобъ побѣжалъ - этого никакъ нельзя сказать, во-первыхъ, потому, что бѣгство - слишкомъ низк³й терминъ, совсѣмъ негодный для высокаго слога; во-вторыхъ, фигура м-ра Пикквика отнюдь не была приспособлена къ этому постыдному разряду отступлен³я. Нѣтъ, м-ръ Пикквикъ засѣменилъ своими ногами и замахалъ обѣими руками съ такою быстротой, что на первый разъ посторонн³й наблюдатель никакъ бы не замѣтилъ неловкости его положен³я.
   Свѣж³е отряды, нахлынувш³е съ тыла на нашихъ героевъ, собирались отразить нападен³е мнимыхъ побѣдителей цитадели, и слѣдств³емъ этого было то, что м-ръ Пикквикъ и его друзья вдругъ очутились между двумя перекрестными огнями враждебныхъ полковъ, выступавшихъ скорымъ маршемъ одинъ противъ другого.
   - Прочь!- кричали офицеры въ передовой цѣли..
   - Прочь, прочь съ дороги!- кричали офицеры другихъ отрядовъ.
   - Куда же намъ дѣваться?- визжали отчаянные пикквикисты.
   - Прочь, прочь, прочь!- былъ единственный отвѣтъ.
   Наступили минуты страшной толкотни и суматохи; полки сдвинулись, сразились, отступили; площадь очистилась, и на площади лежалъ низверженный м-ръ Пикквикъ, и подошвы сапоговъ м-ра Пикквика барахтались и колыхались въ воздушномъ пространствѣ.
   М-ръ Снодграсъ и м-ръ Винкель тоже съ своей стороны не замедлили, при этомъ случаѣ, представить удивительные опыты рикошетовъ и кувыркан³й, обнаружившихъ во всемъ свѣтѣ ихъ чудную ловкость, въ особенности послѣдняго. Когда, наконецъ, онъ прочно утвердился на своихъ ногахъ и началъ отирать желтымъ шелковымъ платкомъ крупныя капли пота съ своего чела, изумленный взоръ его прежде всего обратился на почтеннаго президента, которому суждено было въ эту минуту догонять свою шляпу, сорванную вѣтромъ съ его головы.
   Всѣмъ и каждому извѣстно, что человѣкъ бываетъ поставленъ въ истинно плачевное положен³е, когда судьба, олицетворенная въ сильныхъ порывахъ вѣтра, заставляетъ его догонять свою собственную шляпу, и безразсудно поступаютъ тѣ безжалостные эгоисты, которые позволяютъ себѣ смѣяться надъ такимъ человѣкомъ. Нигдѣ, быть можетъ, не требуется съ нашей- стороны столько хладнокров³я и разсудительности, какъ въ искусствѣ ловить шляпу: такъ по крайней мѣрѣ думаетъ м-ръ Снодграсъ, и я совершенно съ нимъ согласенъ. Если васъ, благосклонный читатель, постигнетъ такое страшное несчаст³е, я никакъ не совѣтую вамъ бѣжать слишкомъ скоро, иначе вы обгоните свою бѣглянку, медленно идти тоже нехорошо, потому что въ такомъ случаѣ шляпа совсѣмъ исчезнетъ изъ вида, и тогда вамъ придется отступиться отъ своей собственности, а извѣстно, на что похожъ человѣкъ, потерявш³й свою голову. Всего лучше бѣжать слегка, исподволь, преслѣдовать осмотрительно, осторожно, и потомъ вдругъ, сдѣлавъ рѣшительный прыжокъ, схватить ее за поля, и тутъ же надѣть на голову какъ можно крѣпче. Въ продолжен³е всей этой операц³и не мѣшаетъ слегка посмѣиваться, улыбаться и дѣлать увеселительные жесты, показывая, такимъ образомъ, что эта ловля чрезвычайно забавляетъ васъ.
   Вѣтерокъ подувалъ довольно сильно, подкатывая шляпу м-ра Пикквика. Велик³й мужъ бѣжалъ впередъ и впередъ, размахивая руками и отнюдь не теряя присутств³я духа: но, къ несчаст³ю, вѣтеръ сдѣлался сильнѣе, шляпа раскатилась съ неимовѣрной быстротою, и м-ръ Пикквикъ, вѣроятно, совсѣмъ потерялъ бы ее изъ вида, еслибъ судьба сама не распорядилась за него, противопоставивъ естественную преграду своевольной бѣглянкѣ.
   Истощенный до изнеможен³я, м-ръ Пикквикъ уже готовъ былъ совсѣмъ прекратить свою погоню, какъ вдругъ шляпа его наткнулась на колесо экипажа, стоявшаго передъ площадью съ полдюжиною другихъ, болѣе или менѣе фантастическихъ экипажей. Замѣтивъ выгоду своего положен³я, м-ръ Пикквикъ сдѣлалъ сильный прыжокъ, завладѣлъ своею собственностью и, надѣвъ ее на голову, остановился перевести духъ. Въ эту самую минуту, знакомый голосъ весело произнесъ его имя: м-ръ Пикквикъ оглянулся, и невыразимое удовольств³е распространилось въ его душѣ при томъ истинно поэтическомъ зрѣлищѣ, которое открылось передъ его глазами.
   То была открытая коляска, безъ лошадей, которыхъ поспѣшили выпрячь, чтобъ удобнѣе расположиться въ этомъ тѣсномъ мѣстѣ. Въ коляскѣ стояли: пожилой статный джентльменъ въ синемъ фракѣ съ свѣтлыми пуговицами и въ огромныхъ ботфортахъ, двѣ молодыя дѣвушки въ шарфахъ и перьяхъ, молодой джентльменъ, очевидно, влюбленный въ одну изъ этихъ дѣвушекъ, украшенныхъ перьями и шарфами, одна леди сомнительнаго возраста, тетка или кузина, и, наконецъ, м-ръ Топманъ, любезный и веселый Топманъ, принимавш³й живѣйшее участ³е во всѣхъ распоряжен³яхъ и разговорахъ, какъ будто онъ принадлежалъ къ этой фамил³и съ первыхъ лѣтъ жизни. За коляской, назади, гдѣ прикрѣпляются дорожные чемоданы, виднѣлась огромная плетеная корзина - одна изъ тѣхъ благородныхъ корзинъ, которыхъ видъ пробуждаетъ въ наблюдательной душѣ сладк³я воспоминан³я о жареныхъ курицахъ, копченыхъ языкахъ, бутылкахъ вина и проч., и проч. На козлахъ сидѣлъ толстый красно-рыж³й дѣтина, съ заспанными глазами и опухлыми щеками: не мудрено было догадаться, что обязанностью его было - раздавать почтенной публикѣ лакомые припасы плетеной корзины, какъ скоро наступитъ для того вожделѣнная пора.
   Лишь только м-ръ Пикквикъ окинулъ проницательнымъ взглядомъ всѣ эти интересные предметы, вѣрный ученикъ его закричалъ опять веселымъ и беззаботнымъ тономъ:
   - Пикквикъ, Пикквикъ! Идите къ намъ! Скорѣе!
   - Пожалуйте къ намъ, сэръ, прошу покорно!- сказалъ пожилой статный джентльменъ.- Джой! Ахъ, чортъ побери, онъ опять заснулъ.- Джой, отвори дверцы!
   Толстый дѣтина медленно спустился съ козелъ, и, покачиваясь съ боку на бокъ, отворилъ дверцы. Въ эту минуту подошли къ коляскѣ м-ръ Снодгрась и м-ръ Винкель.
   - Всѣмъ будетъ мѣсто, господа, пожалуйте!- продолжалъ статный джентльменъ.- Двое сядутъ въ коляскѣ, a одинъ на козлахъ. Джой, приготовь мѣсто для одного изъ этихъ господъ. Теперь, сэръ, милости просимъ.
   И статный джентльменъ дюжею рукой втащилъ въ коляску Пикквика и Снодграса. М-ръ Винкель вскарабкался на козлы, гдѣ рядомъ съ нимъ помѣстился и толстый дѣтина.
   М-ръ Пикквикъ раскланялся со всей компан³ей и радушно пожалъ руку статному джентльмену въ огромныхъ ботфортахъ.
   - Ну, какъ ваше здоровье, сэръ?- сказалъ статный джентльменъ, обращаясь къ м-ру Снодграсу съ отеческой заботливостью.- Радъ, очень радъ, все въ порядкѣ, я надѣюсь.- Вы какъ поживаете, сэръ?- продолжалъ онъ, говоря м-ру Винкелю.- Всѣ вы здоровы? прекрасно, прекрасно!- Мои дочери, господа, прошу познакомиться, и вотъ моя сестра, миссъ Рахиль Уардль. Она еще дѣвица и, какъ видите, недурна ... неправда ли, сэръ? А?
   Онъ весело толкнулъ локтемъ м-ра Пикквика и залился самымъ радушнымъ смѣхомъ.
   - Ахъ, братецъ, какъ не стыдно!- проговорила миссъ Уардль съ дѣвственной улыбкой.
   - Чего тутъ стыдиться? Это всяк³й видитъ,- сказалъ статный джентльменъ.- Прошу извинить, господа, вотъ еще мой пр³ятель, м-ръ Трундель. Теперь мы всѣ знакомы и, стало быть, можемъ съ большимъ комфортомъ смотрѣть на эволюц³и.
   Статный джентльменъ надѣлъ очки, м-ръ Пикквикъ вооружился подзорной трубой, и вся компан³я принялась смотрѣть на военныя эволюц³и, изрѣдка, по временамъ поглядывая другъ на друга.
   Эволюц³и точно были достойны изумлен³я. Колонны сходились, расходились, маршировали, строились въ каре, палили и разбѣгались вразсыпную. Нельзя было надивиться, съ какою ловкостью солдаты перепрыгивали черезъ глубок³й ровъ и взбирались по веревочнымъ лѣстницамъ на стѣну неприступной крѣпости, которую, однакожъ, надлежало взять во что бы то ни стало. Приготовлен³я къ рѣшительному приступу были настолько шумны и ужасны, что весь воздухъ наполнился крикомъ женщинъ, и мног³я благородныя леди попадали въ обморокъ. Дѣвицы Уардль перепугались до того, что м-ръ Трундель принужденъ былъ одну изъ нихъ держать въ своихъ объят³яхъ, тогда какъ м-ръ Снодграсъ поддерживалъ другую. Тетушка Уардль едва могла стоять на ногахъ и растерялась до такой степени, что м-ръ Топманъ счелъ необходимымъ обхватить ея гибкую тал³ю и поддерживать ее обѣими руками. Вся компан³я была въ неописанномъ волнен³и, кромѣ, однакожъ, толстаго и жирнаго парня, который спалъ на козлахъ безпробуднымъ сномъ, какъ будто пушечная пальба имѣла для него чарующую силу колыбельной пѣсни.
   - Джой, Джой!- воскликнулъ статный джентльменъ, когда крѣпость, наконецъ, была взята, и побѣдители вмѣстѣ съ побѣжденными усѣлись обѣдать за общ³й столъ.- Чортъ побери, этотъ уродъ опять заснулъ! Пожалуйста, сэръ, потрудитесь ущипнуть его за ногу, иначе его ничѣмъ не разбудишь... Вотъ такъ!.. Покорно благодарю.- Развяжи корзинку, Джой.
   Жирный дѣтина, приведенный въ себя энергическими усил³ями м-ра Винкеля, еще разъ скатился съ козелъ и принялся развязывать корзинку съ такою расторопностью, какой, повидимому, вовсе нельзя было ожидать отъ него.
   - Ну, господа, теперь мы можемъ сѣсть,- сказалъ статный джентльменъ.- Ба! это что такое? Отчего y васъ измятые рукава, mesdames? Я совѣтовалъ бы вамъ помѣститься на колѣняхъ своихъ кавалеровъ - это было бы удобнѣе, по крайней мѣрѣ для тебя, сестрица.
   Тетушка Уардль раскраснѣлась какъ п³онъ при этой неумѣстной шуткѣ и бросила сердитый взглядъ на м-ра Топмана, спѣшившаго воспользоваться предложен³емъ ея брата. Наконецъ, послѣ другихъ, болѣе или менѣе остроумныхъ шутокъ, вся компан³я усѣлась съ большимъ комфортомъ, и м-ръ Уардль, приведенный въ непосредственное соприкосновен³е съ толстымъ парнемъ, открылъ церемон³ю угощенья.
   - Ну, Джой, ножи и вилки!
   Ножи и вилки были поданы, къ общему удовольств³ю дамъ и джентльменовъ, поспѣшившихъ вооружиться этими полезными оруд³ями.
   - Тарелки, Джой, тарелки!
   Такой же процессъ послѣдовалъ при раздачѣ фарфоровой посуды.
   - Подавай цыплятъ.- Ахъ, проклятый, онъ опять заснулъ.- Джой, Джой!
   Нѣсколько легкихъ толчковъ по головѣ тростью вывели толстаго парня изъ его летаргическаго усыплен³я.
   - Подавать кушанье!
   При звукѣ этихъ словъ жирный малый, казалось, воспрянулъ и душой, и тѣломъ. Онъ вскочилъ, побѣжалъ, и оловянные глаза его, едва замѣтные изъ-подъ опухлыхъ щекъ, заблистали какимъ-то дикимъ блескомъ, когда онъ принялся развязывать корзинку.
   - Живѣй, Джой, пошевеливайся!
   Предосторожность была очень кстати, потому что толстый дѣтина съ какою-то особенною любовью вертѣлъ каплуна въ своихъ рукахъ и, казалось, не хотѣлъ съ нимъ разстаться. Принужденный, однакожъ, къ безусловному повиновен³ю, онъ испустилъ глубок³й вздохъ и, ставъ на подножку, подалъ своему хозяину жареную птицу.
   - Хорошо, хорошо. Подавай теперь копченый языкъ, колбасу и пирогъ съ голубями. Не забудь ветчину и жареную телятину; вынь раковый саладъ изъ салфетки - живѣй!
   Отдавъ всѣ эти приказан³я на скорую руку, м-ръ Уардль поспѣшилъ снабдить салфетками всѣхъ членовъ проголодавшейся компан³и.
   - Вѣдь это превосходно, не правда ли?- сказалъ веселый джентльменъ, когда, при дружномъ содѣйств³и ножей и вилокъ, началось великое дѣло насыщен³я пустыхъ желудковъ.
   - Превосходно!- воскликнулъ м-ръ Винкель, покачиваясь на козлахъ.
   - Не угодно ли рюмку вина?
   - Съ величайшимъ удовольств³емъ!
   - Не хотите ли, я велю подать бутылку?
   - Покорно благодарю.
   - Джой!
   - Что сэръ?
   На этотъ разъ жирный дѣтина, занятый разсматриван³емъ телятины, еще не успѣлъ заснуть.
   - Бутылку вина для джентльмена на козлахъ. Очень радъ васъ видѣть, сэръ.
   - Покорно благодарю.
   М-ръ Винкель опорожнилъ стаканъ и поставилъ бутылку подлѣ себя.
   - Позволите ли просить васъ объ одолжен³и, сэръ?- сказалъ м-ръ Трундель м-ру Винкелю.
   - Сдѣлайте милость!- сказалъ м-ръ Винкель, наливая стаканъ м-ру Трунделю.
   Они чокнулись и выпили до дна, для перваго знакомства. Въ эту же минуту м-ръ Топманъ поспѣшилъ чокнуться съ почтеннымъ хозяиномъ, который только что пересталъ чокаться съ глубокомысленнымъ президентомъ. Дамы тоже приняли участ³е въ общихъ тостахъ.
   - Что это какъ Эмил³я любезничаетъ съ постороннимъ мужчиной!- шепнула дѣвствующая тетушка на ухо своему брату.
   - Пусть ее, это до меня не касается!- сказалъ статный джентльменъ съ веселымъ и беззаботнымъ видомъ.- Страннаго тутъ ничего нѣтъ, любезная сестрица - все въ порядкѣ вещей. М-ръ Пикквикъ, не угодно ли вина?
   М-ръ Пикквикь, занятый глубокомысленнымъ изслѣдован³емъ внутренности пирога, обязательно выпилъ поданный стаканъ.
   - Эмил³я, дружокъ мой, не говори такъ громко, сдѣлай милость!- воскликнула цѣломудренная тетушка, обращаясь съ покровительствующимъ видомъ къ одной изъ своихъ племянницъ.
   - Что съ вами, тетушка?
   - Да такъ: я совѣтую тебѣ быть скромнѣе, моя милая.
   - Покорно благодарю.
   - Тетушка и этотъ старичокъ свели, кажется, довольно тѣсную дружбу,- шепнула миссъ Изабелла Уардль своей сестрѣ Эмил³и.
   Молодыя дѣвушки засмѣялись очень весело и громко, къ великой досадѣ дѣвствующей тетки.
   - Смотрите, какъ онѣ смѣются! Безтолковая радость совсѣмъ вскружила головы этимъ дѣвицамъ,- замѣтила миссъ Уардль, обращаясь къ м-ру Топману съ видомъ истиннаго соболѣзнован³я, какъ будто безотчетная радость была запрещеннымъ товаромъ, и молодежь не смѣла имъ пользоваться безъ позволен³я тетушки.
   - О, да, онѣ очень веселы,- проговорилъ м-ръ Топманъ, стараясь поймать настоящую мысль степенной леди,- это пр³ятно видѣть.
   - Гм!- пробормотала тетушка сомнительнымъ тономъ.
   - Смѣю ли пить за ваше здоровье?- спросилъ м-ръ Топманъ, бросая умилительный взглядъ и слегка дотрогиваясь до нѣжныхъ пальчиковъ миссъ Рахили.
   - Ахъ, сэръ!
   Взгляды м-ра Топмана сдѣлались еще умилительнѣе и нѣжнѣе. Миссъ Рахиль обнаружила опасен³е, что солдаты, быть можетъ, еще вздумаютъ стрѣлять: въ такомъ случаѣ, вѣроятно, опять понадобится ей посторонняя помощь.
   - Мои племянницы очень милы: не правда ли?- шепнула она м-ру Топману.
   - И были бы еще милѣе, если бы тутъ не было ихъ тетушки,- отвѣчалъ страстный обожатель прекраснаго пола.
   - Какой вы насмѣшникъ, право! Нѣтъ, безъ шутокъ, если бы черты ихъ были нѣсколько правильнѣе и нѣжнѣе, онѣ казались бы очень миловидными, особенно вечеромъ, при свѣчахъ.
   - Конечно, конечно,- подтвердилъ м-ръ Топманъ.
   - О,- вы злой человѣкъ! Я знаю, сэръ, что y васъ на умѣ.
   - Что?- спросилъ м-ръ Топманъ, не думавш³й ни о чемъ положительно въ эту минуту.
   - Вы хотѣли сказать, что Изабелла нѣсколько горбата ... ну, да, не отпирайтесь, я видѣла, что вы это тотчасъ же замѣтили. Что-жъ? вы не ошиблись: y ней точно растетъ горбъ, этого скрыть нельзя: страшное несчаст³е для молодой дѣвушки! Я часто говорю ей, что года черезъ два она будетъ ужаснымъ уродомъ. О, вы ужасный насмѣшникъ!
   Обрадованный случаю прослыть знатокомъ женской красоты, м-ръ Топманъ не сдѣлалъ никакихъ возражен³й и только улыбнулся съ таинственнымъ видомъ.
   - Какая саркастическая улыбка!- замѣтила Рахиль.- Я боюсь васъ, сэръ.
   - Меня боитесь?
   - Я вижу васъ насквозь, и отъ меня не укроются ваши мысли. О, я въ совершенствѣ понимаю что значитъ эта улыбка.
   - Что?- спросилъ м-ръ Топманъ, искренно желавш³й открыть значен³е того, что было для него самого таинственной загадкой.
   - Вы думаете,- начала тетушка, понизивъ голосъ на нѣсколько тоновъ,- вы думаете, что горбъ Изабеллы еще не велика бѣда въ сравнен³и съ нравственными недостатками ея сестры. Ну, да, Эмил³я чрезвычайно вѣтрена, вы угадали. Сколько разъ я проливала тайкомъ горьк³я слезы при мысли объ ужасномъ несчаст³и, до котораго, нѣтъ сомнѣн³я, доведетъ ее этотъ ужасный недостатокъ! Видите ли, она готова всѣмъ вѣшаться на шею, и простодушный отецъ - это всего уб³йственнѣе - ничего не замѣчаетъ, рѣшительно ничего! Еслибъ онъ въ половину былъ такъ же проницателенъ, какъ вы - сердце его надорвалось бы отъ отчаян³я, увѣряю васъ. Что дѣлать? Любовь къ дѣтямъ совсѣмъ ослѣпила его глаза. Охъ, быть тутъ худу, быть тутъ худу!
   Сердобольная тетушка испустила глубок³й вздохъ, и взоры ея приняли самое печальное выражен³е.
   - Тетушка изволитъ, кажется, говорить о насъ,- шепнула миссъ Эмил³я своей сестрѣ,- я увѣрена въ этомъ.
   - Право?
   - Непремѣнно. Смотри, какой y нея жалк³й видъ. Надо ее проучить. Ахъ, тетушка, вы совсѣмъ не бережете своего здоровья! Долго ли простудиться въ ваши лѣта? Накройтесь вотъ этимъ платкомъ или закутайтесь шалью. Для такой старушки, какъ вы, всяк³й вѣтерокъ можетъ имѣть несчастныя послѣдств³я.
   Неизвѣстно какимъ бы отвѣтомъ тетушка отблагодарила за это пылкое участ³е къ ея старческимъ недугамъ, если бы м-ръ Уардль, не подозрѣвавш³й этой перестрѣлки, не вздумалъ вдругъ сдѣлать энергическое обращен³е къ своему слугѣ.
   - Джой, Джой!- Вообразите, этотъ пострѣлъ опять заснулъ!
   - Странный парень!- замѣтилъ м-ръ Пикквикъ.- Неужели онъ всегда спитъ?
   - Всегда, всегда!- Полусонный онъ ходитъ по улицѣ и нерѣдко храпитъ, прислуживая за столомъ.
   - Удивительно странный малый!- повторилъ м-ръ Пикквикъ.
   - Очень удивительный, и я горжусь имъ,- отвѣчалъ статный джентльменъ.- Это рѣдкое явлен³е въ природѣ, и вы не отыщете другого экземпляра въ цѣломъ свѣтѣ. Я ни за что съ нимъ не разстанусь. Эй, Джой!- Убери эти вещи и подай другую бутылку! слышишь ли?
   Жирный дѣтина повернулся, всталъ, протеръ глаза, проглотилъ огромный кусокъ пирога и, переваливаясь съ боку на бокъ, принялся за исполнен³е данныхъ приказан³й, искоса посматривая на остатокъ роскошнаго завтрака, въ которомъ онъ не могъ принимать дѣятельнаго участ³я. Ножи, тарелки и салфетки уложены на свое мѣсто; новая бутылка лафита откупорена и выпита; опустѣлая корзинка отправилась на запятки; жирный парень еще разъ взгромоздился на козлы: подзорная труба и очки вновь явились на сцену - и передъ глазами насыщенной публики снова открылись стратегическ³я эволюц³и великобританскихъ солдатъ. Ружья и пушки загремѣли, земля дрогнула, дамы взвизгнули, подкопъ взорванъ, цитадель, къ общему удовольств³ю, взлетѣла на воздухъ и чрезъ нѣсколько минутъ всѣ и каждый спѣшили отправиться по своимъ мѣстамъ. Статный джентльменъ и м-ръ Пикквикъ, исполненный поэтическихъ наслажден³й, искренно дѣлились взаимными наблюден³ями и радушно пожимали другъ другу руки.
   - Такъ не забудьте, сэръ,- сказалъ статный джентльменъ,- завтра мы должны увидѣться.
   - Непремѣнно,- отвѣчалъ м-ръ Пикквикъ.
   - Вы записали адресъ?
   - Какъ же, какъ же: Меноръ-Фармъ, Динглиделль,- проговорилъ м-ръ Пикквикъ, вперивъ очки въ свою записную книгу.
   - Очень хорошо,- сказалъ статный джентльменъ.- Надѣюсь, на моемъ хуторѣ вамъ не будетъ скучно, и вы увидите предметы, вполнѣ достойные вашихъ наблюден³й. Недѣля мигомъ пролетитъ въ удовольств³яхъ сельской жизни. Джой - ахъ, проклятый, онъ опять заснулъ - Джой, помоги кучеру заложить лошадей.
   Лошади заложены; кучеръ сѣлъ на козлы; жирный парень взгромоздился подлѣ него, и коляска сдвинулась съ мѣста. Когда пикквикисты бросили послѣдн³й взглядъ на своихъ друзей, махавшихъ шляпами и платками, заходящее солнце яркимъ заревомъ освѣтило фигуру жирнаго дѣтины: онъ спалъ крѣпкимъ сномъ, и голова его лежала на плечѣ кучера Тома.
  

Глава V.

Мистеръ Пикквикъ упражняется въ кучерскомъ искусствѣ. Мистеръ Винкель показываетъ удивительные опыты верховой ѣзды.

  
   Ярк³е лучи утренняго солнца озарили всю природу; воздухъ наполнился благоухан³емъ; птицы стройнымъ хоромъ запѣли свой утренн³й концертъ. М-ръ Пикквикъ, воспрянувш³й отъ сна вмѣстѣ съ восходомъ великолѣпнаго свѣтила, стоялъ на рочестерскомъ мосту, облокотившись о перила. Онъ созерцалъ природу, вдумывался въ м³рскую суету и дожидался завтрака. Окружающ³е предметы въ самомъ дѣлѣ представляли очаровательный видъ, способный вызвать на размышлен³е даже не такую великую душу, какъ y президента знаменитаго клуба.
   По лѣвую сторону глубокомысленнаго наблюдателя лежала развалившаяся стѣна, пробитая во многихъ мѣстахъ и упадавшая грубыми и тяжелыми массами на тѣсный морской берегъ. Огромные наросты морской травы, трепетавшей при каждомъ колыхан³и вѣтра, висѣли на острыхъ зазубренныхъ камняхъ, и зеленый плющъ печально обвивался вокругъ темныхъ и мрачныхъ бойницъ. За этой руиной возвышался древн³й замокъ со своими лишенными кровли башнями и массивными стѣнами, готовыми, повидимому, рухнуть отъ перваго прикосновен³я; но все это тѣмъ не менѣе громко говорило о силѣ и могуществѣ стариннаго здан³я, гдѣ, за семьсотъ лѣтъ отъ нашего времени, раздавался шумъ веселыхъ гостей, сверкали блестящ³я оруж³я, и время сокращалось въ продолжительныхъ попойкахъ. По обѣимъ сторонамъ разстилались, на необозримое пространство, берега широкой Медуэ, покрытые нивами и пастбищами, пересѣкаемыми по мѣстамъ вѣтряными мельницами. Богатый и разнообразный ландшафтъ становился еще прекраснѣе отъ мимолетныхъ тѣней, быстро пробѣгавшихъ по этому пространству, по мѣрѣ того какъ тонк³я облака исчезали передъ свѣтомъ утренняго солнца. Рѣка, отражавшая небесную лазурь, струилась тихо и спокойно, изрѣдка пересѣкаемая веслами рыбаковъ, спѣшившихъ вдаль на добычу на своихъ живописныхъ лодкахъ.
   М-ръ Пикквикъ стоялъ и смотрѣлъ, погруженный въ пр³ятную задумчивость. Глубок³й вздохъ и легк³й ударъ по плечу неожиданно прервали нить его поэтическихъ размышлен³й. Онъ обернулся: передъ нимъ стоялъ горемычный джентльменъ.
   - Созерцаете поэтическую сцену?- спросилъ горемычный джентльменъ.
   - Да,- сказалъ м-ръ Пикквикъ.
   - И, конечно, поздравляете себя съ утреннею прогулкой?
   М-ръ Пикквикъ улыбнулся въ знакъ соглас³я.
   - О, да!- человѣку нужно вставать рано, чтобъ видѣть солнце во всемъ блескѣ, потому что рѣдко, слишкомъ рѣдко с³ян³е его продолжается во весь день. Увы! Утро дня и утро человѣческой жизни имѣютъ множество общихъ сторонъ.
   - Истинная правда!- воскликнулъ м-ръ Пикквикъ.
   - Какъ справедлива пословица: "Заря быстро всходитъ и быстрѣе исчезаетъ!" - продолжалъ горемычный джентльменъ.- Эфемерная жизнь человѣка - увы!- мелькаетъ какъ заря. О, Боже!- чего бы я ни сдѣлалъ, чтобъ воротить дни своего промелькнувшаго дѣтства! Или ужъ лучше бы забыть мнѣ ихъ разъ навсегда.
   - Вы много страдали, сэръ?- сказалъ м-ръ Пикквикъ тономъ истиннаго соболѣзнован³я.
   - Страдалъ, да, очень много,- отвѣчалъ скороговоркой горемычный джентльменъ.- Моимъ знакомымъ теперь и въ голову не приходитъ, что испыталъ я на своемъ вѣку.
   Онъ пр³остановился, перевелъ духъ, и потомъ, дѣлая крутой поворотъ, прибавилъ энергическимъ тономъ:
   - Случалось ли вамъ думать, что утопиться въ такое утро было бы истиннымъ счастьемъ человѣка?
   - О, нѣтъ, какъ это можно!- возразилъ м-ръ Пикквикъ, стремительно отступая отъ перилъ, изъ опасен³я, какъ бы горемычный джентльменъ, въ видѣ опыта, не вздумалъ вдругъ подтвердить на немъ свою теор³ю счастливаго погружен³я въ волны.
   - Я такъ, напротивъ, часто объ этомъ думалъ,- продолжалъ горемычный джентльменъ, не обращая вниман³я на энергическ³й прыжокъ президента.- Въ журчаньи тихой и прозрачной воды слышится мнѣ таинственный голосъ, призывающ³й къ вѣчному покою. Прыжокъ - паден³е - кратковременная борьба: нырнули, погрузились опять,- и тих³я волны сокрыли вашу голову,- и м³ръ исчезъ изъ вашихъ глазъ со всѣми бѣдств³ями и треволнен³ями. Прекрасно, прекрасно!
   И впалые глаза страдальца сверкали яркимъ блескомъ, когда онъ говорилъ. Скоро, однакожъ, волнен³е его прошло: онъ бросилъ спокойный взглядъ на м-ра Пикквика и сказалъ:
   - Довольно объ этомъ. Сытый голоднаго не понимаетъ. Мнѣ бы хотѣлось обратить ваше вниман³е на другой предметъ. Вечеромъ третьяго дня, по вашей просьбѣ, читалъ я вамъ свою повѣсть, и, кажется, вы слушали ее съ большимъ вниман³емъ.
   - Да, повѣсть во всѣхъ отношен³яхъ...
   - Я не спрашиваю вашего мнѣн³я и вовсе не желаю знать, что вы можете думать о ней. Вы путешествуете для собственнаго удовольств³я - этого довольно. Предположите, что я вручилъ вамъ свою любопытную рукопись... то есть, вы понимаете, что она любопытна не въ художественномъ смыслѣ, a единственно въ томъ отношен³и, что ею представляется очеркъ изъ дѣйствительной жизни. Согласитесь ли вы сообщить ее вашему клубу, который, сколько я могъ замѣтить, безпрестанно вертится y васъ на языкѣ?
   - Съ большимъ удовольств³емъ, если вамъ угодно,- отвѣчалъ м-ръ Пикквикъ.- Рукопись ваша будетъ внесена въ дѣловыя бумаги нашего клуба.
   - Въ такомъ случаѣ, вы ее получите,- сказалъ горемычный джентльменъ.- Вашъ адресъ?
   Ученый путешественникъ поспѣшилъ сообщить свой вѣроятный маршрутъ, поступивш³й такимъ образомъ во владѣн³е горемычнаго джентльмена. Передъ гостиницей Золотого Быка они раскланялись, и каждый пошелъ своей дорогой.
   Товарищи м-ра Пикквика уже встали и давно дожидались своего президента. Завтракъ былъ готовъ, и лакомыя блюда, въ стройномъ порядкѣ, стояли на подносѣ. Вся компан³я усѣлась за столь. Чай, кофе, сухари, яйца въ смятку, ветчина, масло и друг³я принадлежности англ³йскаго завтрака начали исчезать съ удивительною быстротою, приносившею особенную честь превосходнымъ желудкамъ почтенныхъ сочленовъ.
   - Ну, теперь въ Меноръ-Фармъ,- сказалъ м-ръ Пикквикъ, доѣдая послѣднее яйцо.- Какъ мы поѣдемъ?
   - Всего лучше спросить объ этомъ буфетчика,- замѣтилъ м-ръ Топманъ.
   Съ общаго соглас³я буфетчикъ былъ призванъ на совѣтъ.
   - Динглиделль, джентльмены, пятнадцать миль отсюда. Дорога проселочная. Ѣздятъ въ двуколесномъ кабр³олетѣ. Хотите?
   - Но въ немъ могутъ сидѣть только двое,- возразилъ м-ръ Пикквикъ.
   - Такъ точно, прошу извинить, сэръ. Не угодно ли въ телѣжкѣ о четырехъ колесахъ?- Двое сядутъ сзади; одинъ спереди будетъ править... О, прошу извинить, сэръ, это будетъ только для троихъ.
   - Что-жъ намъ дѣлать?- сказалъ Снодграсъ.
   - Можетъ быть, кто-нибудь изъ васъ любитъ ѣздить верхомъ,- замѣтилъ буфетчикъ, посматривая на м-ра Винкеля.- Верховыя лошади здѣсь очень хороши. Прикажете привести?
   - Очень хорошо,- сказалъ м-ръ Пикквикъ.- Винкель, хочешь ѣхать верхомъ?
   М-ръ Винкель питалъ въ глубинѣ души весьма значительныя сомнѣн³я относительно своего всадническаго искусства, но, не желая помрачить свою репутац³ю въ какомъ бы то ни было отношен³и, поспѣшилъ отвѣтить скрѣпя сердце:
   - Пожалуй, я согласенъ.
   - Стало быть, всѣ затруднен³я уладились,- сказалъ м-ръ Пикквикъ.- Приготовить лошадей къ одиннадцати часамъ!
   - Будутъ готовы, сэръ,- отвѣчалъ буфетчикъ.
   Оставалось теперь переодѣться, запастись бѣльемъ и собраться въ добрый путь. Путешественники разошлись по своимъ комнатамъ.
   Кончивъ предварительныя распоряжен³я, м-ръ Пикквикъ вышелъ въ кофейную комнату и смотрѣлъ въ окно на проходящихъ. Черезъ нѣсколько минутъ буфетчикъ доложилъ, что экипажъ готовъ, и тутъ же м-ръ Пикквикъ, передъ самымъ окномъ, увидѣлъ колесницу, снабженную всѣми необходимыми принадлежностями для веселой прогулки.
   Это была весьма интересная зеленая телѣжка на четырехъ колесахъ, съ просторнымъ ящикомъ назади для двухъ особъ и съ возвышеннымъ сидѣньемъ напереди. Гнѣдой конь огромнаго размѣра величаво рисовался между длинными оглоблями. Конюхъ, стоявш³й подлѣ телѣжки, держалъ за узду другого огромнаго коня, взнузданнаго и осѣдланнаго для верховой ѣзды.
   - Ахъ, Боже мой!- воскликнулъ м-ръ Пикквикъ, когда онъ и его товарищи вышли за ворота въ дорожныхъ платьяхъ.- Кто же будетъ править? Объ этомъ мы и не думали.
   - Разумѣется, вы,- сказалъ м-ръ Топманъ.
   - Конечно, вы,- подтвердилъ м-ръ Снодграсъ.
   - Я! - воскликнулъ м-ръ Пикквикъ.
   - Не бойтесь, сэръ,- перебилъ конюхъ.- Лошадь смирная - ребенокъ управится съ нею. Не безпокойтесь.
   - Она не разобьетъ?- спросилъ м-ръ Пикквикъ.
   - Помилуйте, какъ это можно!- Она смирнѣе всякаго теленка.
   Послѣдняя рекомендац³я совершенно успокоила взволнованную душу президента. Топманъ и Снодграсъ залѣзли въ ящикъ; м-ръ Пикквикъ взобрался на свое возвышенное сидѣнье и съ большимъ комфортомъ уперъ свои ноги въ деревянную полочку, утвержденную внизу нарочно для этой цѣли.
   - Эй Лощеный Вилл³амъ,- закричалъ конюхъ своему товарищу,- подай возжи джентльмену.
   "Лощеный Вилл³амъ", прозванный такъ, вѣроятно, отъ своихъ лоснящихся волосъ и маслянаго лица, поспѣшилъ вложить возжи въ лѣвую руку м-ра Пикквика, тогда какъ главный конюхъ вооружилъ бичомъ его правую руку.
   - Ну!- вскрикнулъ м-ръ Пикквикъ, когда высок³й конь обнаружилъ рѣшительное намѣрен³е заглянуть въ окно гостиницы.
   - Нууу!- заголосили м-ръ Топманъ и м-ръ Снодграсъ съ высоты своего джентльменскаго сѣдалища.
   - Ничего, джентльмены, лошадка вздумала поиграть, это пройдетъ,- сказалъ главный конюхъ ободрительнымъ тономъ.- Пришпандорь ее, Лощеный, пришпандорь; вотъ такъ.
   Благодаря усил³ямъ Лощенаго, прихотливый конь отдернулъ морду отъ окна и сталъ въ смиренную позиц³ю. Надлежало теперь м-ру Винкелю показать свое искусство въ верховой ѣздѣ.
   - Сюда пожалуйте, сэръ, вотъ съ этой стороны,- сказалъ первый конюхъ.
   - Чортъ меня побери, если этотъ джентльменъ не сломитъ себѣ шеи,- шепнулъ трактирный мальчишка на ухо буфетчику.
   М-ръ Винкель, покорный своей горемычной судьбѣ, поспѣшилъ взобраться на сѣдло, при дѣятельной помощи двухъ конюховъ, изъ которыхъ одинъ держалъ за узду борзого коня, другой подсаживалъ самаго всадника.
   - Ну, кажется, все хорошо?- спросилъ м-ръ Пикквикъ, томимый, однакожъ, сильнымъ подозрѣн³емъ, что все было дурно.

Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (27.11.2012)
Просмотров: 242 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа